— Когда же эти двое стали «нашими»? — спросил я в темноту, машинально отметив, что звук крысиных коготков, царапающих деревянный пол, скрылся в районе двери, а затем и вовсе исчез из дома.

Как бы то ни было, но моего пернатого друга стоит выручать. Впрочем, за него я особо не волнуюсь, но вот таверны этого города приносят империи неплохой доход, поэтому не стоит этим двум давать возможность опустошить государственную казну. Я уже примерно представляю, во что выльется ремонт местного питейного заведения… Этим двои лучше заранее придумать себе достоянное, а главное — внятное оправдание!

Таверна, находившаяся в трех кварталах от моего дома, представляла собой жалкое зрелище. Некогда приличное, а главное — относительно чистое заведение, теперь походило на что-то, что оплевал огнем давно вымерший дракон. Хотя, если я не ошибаюсь, в нашем мире этих рептилий вообще никогда не водилось, но если бы и были, то с зависти бы повымирали, глядя на этот хаос!

Итак, моим глазам предстало: обгоревшие и местами закопченные стены. Напрочь выбитые окна, и осколки, валяющиеся по всему двору. Пьяные, а может и мертвые тела на этом же дворе, в котором, судя по лужам и грязи, еще и потоп был. Крыльцо отсутствует напрочь, а входная дверь еле держится на одной петле. Под этой дверью сидит местный вышибала, вампир-полукровка, если я не ошибаюсь, здоровый детина, в обнимку со своей дубинкой, которая больше подходит любому уважающему себя троллю. А вот его дебильно-задумчивое и выражение лица с выпученными глазами и признаками глубокого шока и полного непонимания, вряд ли бы вообще кому подошло.

Так, я не хочу входить внутрь. Не хочу и все. Если войду, убью обоих к Ниесовой бабушке! Хм, интересно, и когда же имечко этой хладнокровной стервы в моем мозгу уже стало нарицательным?

— Разойдись! — зычно кто-то крикнул до боли знакомым голосом, и из таверны вылетел внеочередной посетитель, по всей видимости. Прочертив красивую дугу в воздухе, тело, от которого перегаром разило за версту, шлепнулось в ближайшую лужу и проехалось пару метров, пока его путь не прервал носок моего левого сапога. Отлично, теперь мне еще и слюни с них смывать!

В таверну я все таки вошел, но, клянусь памятью любимой мамочки, чтобы ей лет двести икалось и больше не жилось, лучше бы я этого не делал!

Полупустая таверна. Перевернутые и разломанные столики. Обгоревшая барная стойка и насмерть перепуганный владелец заведения, порядком подкопченный и на люстре. Единственный столик, заваленный едой и кувшинами с вином, которых бы хватило, чтобы споить на небольшую армию. А за столиком архангел и интересующая меня брюнетка.