Воин привычно сгруппировался, пролетев через черноту пространства теней, заполненную хищно скалящимися тварями — творениями древней обезумевшей богини Dha’t’Elle, поглощенной Бездной много миллионов лет назад. Впрочем, привлеченные творящимся вокруг хаосом демоны теней так и не рискнули попробовать на зуб защиту берсеркера — слишком уж плотный слой создавала вокруг него кипящая Ярость.

Прорвав ткань бытия, Кусай вывалился в реальность прямо посреди палубы незнакомого корабля, находящегося чуть более, чем в трех световых секундах от беснующейся посреди строя порождений "Парадигмы".

Перекатом ушел от выстрела какого-то тяжелого оборонительного орудия.

Вообще, с текущей защитой воин мог и просто принять подобный выстрел могучей грудью, но старые привычки никуда не делись. "Нельзя считать себя неуязвимым даже в сражении с простым муравьем" — эту истину десятилетиями вбивал в него старый учитель, а Кусай привык полагаться на слова матерого воина, который являлся одним из немногих выживших еще с первого поколения тех легендарных колонистов…

Оттолкнувшись от противно чавкнувшей поверхности палубы, берсеркер мгновенным рывком преодолел десяток метров до своего врага и с яростным рыком ударил топорами сверху вниз. Оружие легко рассекло странную турель, похожую на трехметрового вросшего в пол жука с длинным алым хоботом, уйдя глубоко в пол палубы. Кусай выдернул топоры и, отпихнув ногой мерзкую сочащуюся слизью груду плоти, быстро огляделся.

Что-то, похожее на залитую скудным алым светом техническую палубу — тут и там сновали какие-то мелкие жучки, тянулись провода, а по темным углам шевелились непонятные массивные твари. Может быть, когда-то тут все и выглядело более-менее гармоничным, но сейчас ничего кроме омерзения это помещение у старого воина не вызывало: мало того, что напоминало пульсирующие внутренности какой-то огромной твари, так оно еще и было искажено долгим влиянием энергии варпа и Пробудившихся.

Тем не менее, воин покрепче сжал топоры и покосился на висящий на груди амулет. Небольшая ровная пластинка из черного камня, на поверхности которой мерно сменяли друг друга алые руны, подсказывала, что у него есть всего минута, чтобы пробиться в центр корабля и оставить там один из своих алых топоров. После чего артефакт создаст портал тени, который утянет берсеркера обратно на "Парадигму".

Кусай оскалил огромные желтоватые клыки и, выпустив из тела огромное количество божественной маны, понесся прямо на ближайшую стену из мерно пульсирующей плоти, сочащейся какой-то белесой субстанцией. Плечом проломив метровый слой прочнейшей биомассы словно гнилую бумагу, берсеркер понесся дальше по коридору в направлении, куда вело его чутье, попутно кромсая выскакивающих навстречу тварей — дикие помеси гуманоидов и каких-то насекомых, источающие из тел легкую алую дымку энергии варпа. Эта самая энергия придавала им колоссальную для смертных существ физическую силу и ловкость, но она же отбирала у их душ волю и боевой дух. Они были похожи на бездушных кукол, чьи искореженные тела чья-то чужая воля безразлично кидала на путь яростного воина, прорывавшегося прямо сквозь переборки корабля к его центру…