«Я ПРОДОЛЖУ НАБЛЮДЕНИЕ ЗА О-ЗОНОЙ»,
«Я ПРОДОЛЖУ НАБЛЮДЕНИЕ ЗА О-ЗОНОЙ»,
— пообещал Путер.
Пия попрощалась с Тристаном и Роботой, которые пришлись ей по душе, и они с Эдом и Греем покинули пещеру. На выходе их терпеливо ждала утинолапая лодка с принцессой Айви и тройняшками.
Они вновь направились к замку доброго волшебника, рассказывая по дороге о своих приключениях. Разумеется, львиная часть истории выпала на долю Грея, но и Эд с Пией принимали в его рассказе участие, восполняя пробелы и заверяя Айви, что никаким искушениям Грей во время приключений не поддался.
— Кроме ночи с Горгоной, — не подумав, ляпнула Пия.
Айви подняли бровь: — Неужели?
— Ну, ты понимаешь, — улыбнулся Эд. — Ей тогда едва стукнуло восемнадцать, и она была очень хорошенькой.
— И невинной, — добавила Брианна.
— Они обнимались для поддержания тепла, — разъяснил Джастин.
Айви засмеялась: — Расспрошу её в следующий раз, когда она будет форменной женой.
Но Пия подозревала, что принцесса вовсе не нашла эту шутку смешной.
Они достигли замка, где высадили Грея с Айви и тройняшками.
— Теперь надо разыскать демонят, — сказала Пия.
— Наверное, лучше сначала расспросить их родителей, — посоветовала Брианна. — Нада-нага неплохо управляется с Моникой.
— Где найти Наду-нагу?
— Кажется, она сейчас гостит у родных, — припомнил Джастин. — Под горой Этамин, к северу от Провала.
Пара устремилась в нужном направлении. Дорога была ей известна.
Окрестности, благодаря скорости уникальной лодки, стремительно пролетали мимо. Вскоре они уже пересекали по невидимому мосту Провал: мост оказался тем же, который Пия видела глазами Роботы в прошлом, когда големша с Греем вели его родителей и Горгону к границе Ксанфа. Провал, как и прежде, поражал своим величием, уходил вниз, в полумрак, на целый километр. Несмотря на то, что им уже довелось перелететь через ущелье вместе с гарпиями, сейчас оно выглядело куда более внушительным: словно зловеще распахнутая пасть. Что если доски невидимого моста за это время успели прогнить?..
Пия закрыла глаза, ощутив приступ головокружения. Вскоре, к молчаливому облегчению девушки, они уже достигли другого края, и утиные лапы понеслись по новой тропке.