Девочка почувствовала упорный взгляд Коры и обернулась к ней.

— Ты много знаешь про драконов? — спросила Кора.

— Как все, — ответила девочка.

— А откуда ты знаешь, что драконов есть нельзя?

— А у нас в этом году Дуролоб подох. А Кутька отравилась.

— Собака?

— Какая собака? Кошка! Чуток пожевала и подохла.

— Может, она не от мяса подохла?

— А вороны? Которые тогда слетелись, они же тоже — ноги кверху!

Общий гул царил в комнате, будто там собралась не дюжина, а по крайней мере полсотни человек. Женщины, которые принесли пищу, остались в комнате и тоже ели мясо. Водка кончилась, но откуда-то появились еще две бутылки, на этот раз с красным вином. Аполидор подсел к Коре.

— Хорошая у меня девочка? — спросил он.

— Хорошая. А почему вы ее не угостите?

— Я не ем мяса, — сказала девочка, — принципиально не ем. Потому что кто ест мясо, он обязательно убивает. Вы меня понимаете?

— Я тебя понимаю.

— А вы убиваете?

— Я стараюсь не убивать.

— Я уж бился, бился, к врачам водил. Мама у нас погибла, мы вдвоем живем, — пояснил кормилец.

— Отольются им мои детские слезки! — загадочно произнесла девочка. Глаза ее были сухими и строгими.

— Поешь салатику, девочка, — сказал Аполидор.

Кора поняла, что он постоянно чувствует себя виноватым перед дочкой и вынужден оправдываться перед каждым встречным в том, почему Мела такая худенькая да болезненная, — не морит ли он ее голодом. Особенно если сам он такой цветущий.