— Ничего ей не будет, — сказал шофер фургона, — ну если только обожрется.

Собака урчала, словно заводная. Она рвала мясо, давилась, спешила проглотить, потому что понимала, что такое счастье бродячим собакам не положено, а если дали, то вот-вот отберут. И до этого момента надо урвать как можно больше.

— Дракон, говорите? — Шофер фургона углядел нечто внутри своей машины, потянулся туда — он был высоким, длинноруким человеком. Шофер крякнул, дернул — и Кора поняла, что он держит за рог коровью голову. Тяжелую, черную, с короткими рогами. — Это дракон, говорите?

Полицейский, который настаивал на драконьей версии, пожал плечами и сказал:

— Могли для обмана одну положить, а так дракона везете.

Кора уже понимала, что произошла ошибка, но так как инициатором всего была она сама, то приходилось ждать, пока все кончится. Она не спускала глаз с собачки и соглашалась уже, что собака не собирается умирать и если умрет, то только от обжорства.

Шофер ходил за полицейскими и совал им коровью голову.

Под потолком фургона горела слабенькая электрическая лампочка.

— Неужели вы собираетесь детей кормить таким мясом? — спросила Кора у горбуна, принимая документы и пролистывая их.

Она понимала, что уличить горбуна в жульничестве она не сможет, — для этого надо разбираться в местной бухгалтерии, но на вид документы были составлены кое-как, измяты, перечеркнуты и замазаны. Конечно, это была афера, но афера с коровьими рогами, а не с драконами.

Шофер полез было в фургон поискать еще какую голову, а горбун доверительно сообщил Коре:

— Детям вообще-то вредно много мяса есть, болеют они от этого.

— Они от плохого мяса болеют, а не от мяса вообще, — возразила Кора и получила энергичную поддержку в лице полицейского.

— Я с ними поеду, — пообещал он. — Я с ними вот до этого склада поеду, куда они везут мясо, — сказал он, чем насмерть перепугал горбуна. Он перепугался больше, чем от обвинения в перевозках драконьего трупа. И Кора поняла почему: тут ему грозило обвинение не сказочное и невероятное, а самое обычное житейское, с самыми обычными выводами и наказанием. Если, конечно, не удастся откупиться. Но в это Кора тоже не могла вмешиваться.

— А через какое время действует яд? — спросила она.

— Какой яд? — удивился второй полицейский.

— Через какое время действует драконий яд? — повторила вопрос Кора.

— А кто его знает, — сказал полицейский.

— Но он наверняка действует?

— Я, мадам, драконьего мяса не ел, но говорят, что оно ядовитое.