— Верно, и поделом ему, — усмехнулся Мэт. — Наверняка снаружи пройдет год, а то и больше, пока пресвитер Иоанн решит, что можно побеседовать по душам с Арьяспом. И когда он выйдет на волю, то обнаружит, что перед ним — пресвитер и его священники, готовые судить его по его делам.

— И я надеюсь, что он будет злопыхать и проклинать судьбу каждую секунду на протяжении всего этого года, — решительно изрек принц Марудин. — Вот только боюсь, все будет наоборот: ему покажется, что миновало всего-то несколько секунд.

— Спасибо, принц, — проговорила Балкис с явным облегчением. — Получается, что не такое уж он получил жестокое наказание.

— Не такое, какого он заслуживает, — угрюмо проворчал Марудин.

* * *

Мараканда вновь стала вольным городом. Да, им правил монарх, но этот монарх был избран своим народом. Будучи гостями пресвитера, Алисанда и Мэт прогуливались в сумерках по дворцовой террасе, любовались огнями города и вдыхали ароматы экзотических цветов.

— Я так рада тому, что малыши вышли из заточения невредимыми, — призналась Алисанда, но по лицу ее тут же пробежала печальная тень. — Но боюсь, что нашему мальчику пришлось там нелегко, и это может сказаться.

— А я не думаю, что все так уж ужасно, — успокоил жену Мэт, но и сам немного встревожился — из-за того, что встревожилась она.

— Ты заметил, какой он стал серьезный? — спросила Алисанда. — Он слишком серьезен для своего возраста!

— О, это пройдет, — ободряюще улыбнулся Мэт. — Пройдет, как только он получит возможность вволю играть и резвиться. Кроме того, обостренное чувство ответственности еще никому не вредило. В особенности же оно не повредит мальчику, который, когда повзрослеет, станет королем.

— Это верно, — согласилась Алисанда. — Но тем более причин дать ему наиграться вдоволь, пока он маленький!

— Мы наймем гувернера, который будет знать, как уравновесить игры и уроки, — пообещал жене Мэт. — Но кое-что хорошее все же произошло, и ты не можешь этого отрицать: он прекрасно поладил с близняшками-джиннами. Теперь наши дети и дети Лакшми и Марудина будут большими друзьями всю жизнь.

— Что правда, то правда, — улыбнулась Алисанда и взглянула прямо в глаза Мэту. — Ты всегда найдешь, чем меня утешить, любимый мой.

В этот же вечер, чуть позднее, Мэта разыскал пресвитер Иоанн и сказал:

— Скажи, лорд-маг... А юная девушка, твоя ученица — как она перенесла все тяготы ваших злоключений? Я ведь знаю: юные сердца так ранимы, когда им приходится сталкиваться с людской жестокостью.

— Балкис молодчина, она стойко перенесла все испытания, — ответил Мэт. — Вот только немного переживает за Арьяспа — считает, что мы наказали его слишком сурово.