Сэр Ги медленно обернулся к Мэту:

— Ты хочешь сказать, что Аруэтто все-таки мог бы спасти страну, принадлежащую ему по наследству?

— Мог бы, — отвечал Мэт. — Если бы спас правящего этой страной короля.

Рыцарь смерил ученого взглядом с головы до ног, будто бы смотрел на него впервые.

— Ну, ты-то, надеюсь, не думаешь просто так взять и потопать в королевский замок вместе с ученым, — проворчал Стегоман, — чтобы все сразу взять и поправить?

— Да ты что, Стегоман. Я, конечно, дурак, но не до такой же степени... Безусловно, доставить Аруэтто к королю нужно, да и то сразу не получится. — Мэт обернулся назад и испытующе посмотрел на Аруэтто. — Но как нам проникнуть во дворец, чтобы вы при этом остались в живых?

Все некоторое время молчали. Каждый придумывал свои средства и способы. Наконец молчание нарушил Савл.

— Переодевание? — сказал он.

Мэт изумленно обернулся к другу.

— Ты о чем?

— Нужно победить числом, — объяснил Савл. — Собрать бы еще с десяток ученых и поэтов и втиснуть между ними Аруэтто при условии, конечно, что король принял бы всю эту компанию.

— Думаю, принял бы, — не спеша проговорил Мэт. — Знаете, я вспомнил про одного своего юного друга. Я волшебством выбросил его и его подружку из Венарры, но не удосужился проверить, удачно ли они приземлились.

— С какой стати это ты вспомнил про какого-то дружка, когда мы говорили про ученых? — пробурчал Стегоман.

— А с такой, что парень — поэт, хотя сам этого не понимает, — ответил Мэт. — Он считает, что нет лучшей карьеры, нежели рыцарство.

— А что, парню не откажешь в рассудительности, — отметил сэр Ги. — Хотя после того, как разделаешься с врагом, приятно побаловаться сочинительством стишков.

— Неужели мужчины всегда должны быть такими? — горько вздохнул Аруэтто.

— Насчет «должны» не скажу, — отвечал Мэт. — Но что «будут» — это точно... тут все дело в тестостероне и в выживаемости самых живучих.

Аруэтто печально улыбнулся:

— По таким меркам я не могу назваться живучим.

— Естественно, не можете, — подхватил Савл. — Раз вы отказываетесь продолжать свой род. А вот папаша ваш все-таки понимал кое-что в жизни.