Яростная схватка между воинами Лугарда и передовым отрядом Калаха кипела далеко внизу, ветер доносил выкрики людей и рев животных. Но Арнобий и его спутник пока оставались на вершине совершенно одни. — Оракул Богов, — выдохнул Арнобий и начал карабкаться наверх, к причудливо сложенным камням.

Аполлона же интересовало другое. Он начал спускаться по восточному краю к странному и пугающему зданию. Внутри, за мощными каменными стенами, гул ветра слегка утих. Джереми вошел в гигантский центральный зал. Там, расходящимися кругами, стояли ряды кресел, готовые вместить не одну сотню человек, но все пустовали. Тяжелая деревянная конструкция в центре зала напоминала скорее виселицу, чем трон. Прямо над головой сияло небо, поскольку потолок напрочь отсутствовал.

Легкий шорох заставил юношу обернуться. В дальнем конце зала, в самой густой тени, клубилась еще большая тьма. Аполлон двинулся туда и остановился на краю провала, уходящего куда-то в недра Горы. Это был самый верхний выход из Пещеры.

Глава 35

Глава 35

Джереми вышел из странного, полуразваленного здания. Его мысли, пока он глядел на предполагаемый Олимп, вернулись к выводам, которые он сделал после встречи с Цирцеей на Лугу Солнца: союз с Аполлоном дал ему чудесные возможности, силу и небывалую память, достойную бога. Аполлон помнил о смертельной схватке с Аидом, и у него Джереми унаследовал эту благую цель в жизни. Какую бы мудрость или глупость ни проявлял он, страх или отвагу, все это исходило вовсе не от Солнечного бога. Все, чем обладал сейчас Джереми Редторн, исходило только от него самого.

Он стоял и смотрел на развалины, часть которых была древнее самого Аполлона. Если это действительно Олимп, никаких богов тут быть не может.

Ветер донес весть, что битва между отрядами Калаха и Виктора подобралась почти к самой вершине Горы.

Джереми-Аполлон взял свой Лук и подобрал еще несколько стрел. Внеся сумятицу в бело-голубую армию Калаха, он тем самым желал спровоцировать Аида выступить на стороне своего союзника.

Солнечный бог воззвал к Гефесту. Но Энди не явился, и Джереми подумалось, что враг получил от Гефеста больше помощи и поддержки, добравшись до чудесного оружия, сработанного прежним аватарой Кузнеца. Джереми не сетовал, он понимал, что, возможно, Энди просто не успел выпотрошить божественную память прежде, чем Аполлон ушел. Джереми помнил предупреждение Цирцеи о том, что человеческие тела, ставшие убежищем для богов, быстрее стареют и снашиваются. Существует предел человеческих сил, отданных во власть даже такого сильного и благого бога, как Аполлон. Даже он не может уберечь плоть и кровь обычного человека от последствий нечеловеческого напряжения. Наверняка Солнечный бог примется подыскивать себе новое тело, когда старое, по имени Джереми Редторн, поистреплется. Но пока Джереми ничего не мог предпринять по этому поводу.