– Да-а? Кто это сказал?

– Тормон.

«И кто его за язык тянул, этого торговца!» Тулак возвела глаза к потолку.

– Значит, так. Если мы тайком проберемся на конюшню и ты сам убедишься, что с кобылицей все хорошо, нытья больше не будет?

– Ах, госпожа, отведите меня к ней – и я сделаю все, что вы скажете!

– Во-первых, сейчас же прекрати называть меня госпожой. Тулак, и все. Этого довольно, слышишь? Идем, только тихо. Осламу нынче не до нас, Аили тем более. Пока вернемся, никто и не хватится. Старуха замерла у приоткрытой двери, дождалась удобного момента и махнула Сколлю:

– Дуй за мной.

В коридоре беглецам не встретилось ни души. Улица тоже пустовала: с наступлением сумерек деревенские жители разошлись по домам и давно уже наслаждались ужином. Никем не замеченные нарушители порядка прокрались к реке и двинулись вдоль берега. Наемница еле признала дорогу, облитую призрачным сиянием мерцающих камней в объемных сетках, что свисали с каждого дерева.

И вот впереди показалась живая изгородь. Прильнув к ней, беглецы осторожно высунули головы. На конюшнях все еще горел свет; люди шумно хлопотали, устраивая лошадей на ночлег. Время шло. Мало-помалу в небесах высыпали звезды, и окна погасли одно за другим. Стоял промозглый осенний вечер. Трава и листья отяжелели от холодной росы. Сколль дрожал всем телом и вроде бы даже стучал зубами, но не проронил ни единой жалобы. Наемница прикинула, не дать ли ему свой истрепанный плащ на овечьей подкладке, но тут выбросила это из головы. Еще чего: юные косточки от сырости не заломит, да и простынет парень – беда невелика, а вот старухе не мешало бы и поберечься.

Внезапно тьму прорезал душераздирающий вопль. Юноша подскочил и вцепился в Тулак, тяжело дыша и вздрагивая от испуга.

– Что?.. Что… – сдавленно просипел несчастный.

– Успокойся, это сипуха – такая большая белая птица.

– Ее убили, да?

Наивный горожанин, улыбнулась во мраке наемница.

– Нет, они всегда так орут. Только не умри со страху, когда увидишь: летают-то они без звука, распахнут свои темные глазищи – чистые привидения, ни дать ни взять!

– Спасибо за предупреждение. – Сколля передернуло. – Надеюсь, Огневица оценит мои страдания по достоинству.

– Она обрадуется, вот увидишь.

Наконец все стихло. Тулак тронула товарища за плечо.

– Помнишь уговор? Чуть что, удирай в обе лопатки. А я отвлеку погоню, в общем, как-нибудь выкручусь. Сразу жарь в трактир, найдешь Аили – расскажи ей все, пусть позаботится о тебе до моего возвращения. Понял?

– Да! – пискнул Сколль севшим от волнения голосом.