– Если, если… Пока все шло по плану, не правда ли, пастух? – проворчал Криас. – По крайней мере с тех пор, как ты решил, что убийство Ландура Хранителя – не самый твой удачный поступок.

Кэшел привычно промолчал. Настроения у крохотного демона менялись, как у овцы по весне. Не далее как на прошлой неделе одна знатная дама долго воспевала перед ним мирный характер овечек. Слушая ее, парень лишь головой качал: как мало знают иные люди!

– Скорее всего, ты доберешься туда завтра к полудню, – сообщил Криас юноше, как раз когда они подходили к оазису. – Это если ты встанешь с рассветом и будешь идти своим обычным шагом. А если поторопишься, то сможешь дойти и еще раньше.

Берег пруда зарос какой-то растительностью Кэшелу по колено. Листья нежно ласкали его босые ноги. Юноша присел на корточки, чтоб повнимательнее их рассмотреть. К своему удивлению, он не смог обнаружить и пары одинаковых растений. Некоторые из них напоминали деревья или кустарник в миниатюре.

Кэшел стоял, пошевеливая пальцами ног. Хорошо…

– А что, у нас есть особые причины спешить, мастер Криас? – спросил он с сомнением.

– У меня их нет, – проворчал демон. – Но, помнится, ты жаждал поскорее увидеть свою возлюбленную Шарину.

– Так и есть, – согласился юноша, устремляясь вперед. – Просто я быстрее перемещаюсь, когда не тороплюсь. К тому же в спешке ломается чертова пропасть вещей.

Он осторожно опробовал посохом дно. Оно казалось твердым и так же плавно понижалось, как и прибрежная полоса. Похоже, что и посредине оно будет не глубже, чем до пояса.

Кэшел неторопливо вошел в воду, держа посох наготове перед собой. Ничто не предвещало подводных ям или других неприятностей. Вода – ни горячая, ни холодная – слегка пощипывала кожу.

Юноша дошел до самого глубокого места (оказалось, даже мельче, чем он предполагал), затем дно так же плавно начало повышаться. Остров зарос той же странной растительностью, что и берега пруда, – нежной и мягкой, как мох.

Кэшел обратил внимание, что трава под его ногами не сминалась напрочь, а тут же упруго разгибалась. Оглянувшись, он даже не смог обнаружить своих следов.

– Имеется еще одна опасность, которую, может быть, есть смысл с тобой обсудить, – продолжал Криас. В голосе его появилось нечто странное: не гнев, а скорее какая-то пронзительность, что ли… – Она заключается в том, что ты, возможно, не захочешь отсюда уходить.

– Ну, это вряд ли, – рассмеялся юноша.

– Ты уверен, пастух? – проскрипел демон. – Взгляни-ка на свой посох!

Кэшел взглянул и ошарашено заморгал.

– Ничего себе!

В мире было немного вещей, которые он знал бы лучше, чем свой посох. Помнится, он срубил огромную орешину для своего односельчанина, и в уплату за труды получил одну из ее ветвей – прямую, как стрела. Юноша очистил ее от веток, сначала с помощью топора, затем специальной смесью песка и топленого жира – такое средство позволяло добиться исключительной гладкости древесины. На заключительном этапе Кэшел отполировал орешину клочком овечьей шерсти, богатой ланолином. Пришлось потрудиться не один день, зато в результате посох приобрел гладкость обкатанного в ручье камешка.