Далар остановил вращение пирамидок, с металлическим щелчком они шлепнулись в его ладонь.

– Мастер Бантрус, нам надо идти, – сказала девушка. – Ваши друзья абсолютно правы: у нас нет ничего общего – у вашего народа и моего. Возвращайтесь на судно.

– Но… – не желая примириться с неизбежным, юноша направился к ним.

Одним прыжком Далар оказался перед ним и заставил отступить, надвигаясь на него мелкими шажками. Шарина нахмурилась, но затем осознала: действия ее телохранителя являются живым доказательством того, что она пыталась выразить словами. Бантрус был выше и крупнее птицы, но у него даже мысли не возникло отстаивать свои позиции.

– Иди к своим друзьям, – максимально мягко произнес Далар. – И постарайтесь помириться с принцем Миконом. Я даю тебе этот совет в благодарность за то, что вы помогли нам бежать. Если прислушаетесь, это, возможно, спасет вам жизни… А сейчас иди.

Птица развернулась, на ходу перевешивая оружие на пояс и освобождая руки.

– Давайте сдвинем камень, Шарина, и поскорее покинем это место, – произнес Далар.

Они опустились на колени, девушка нащупала край плиты. Как и прежде в Валхокке, им надо лишь придать камню начальный толчок, дальше плита пойдет легко.

– Но?.. – Бантрус все не уходил.

– Давай, на себя, – скомандовала Шарина, толкая камень кончиками пальцев. Плита повернулась на полпальца…

– Теперь вы, – сказал Далар, поменявшись ролями. Со второго, более сильного толчка камень сдвинулся на целую ладонь.

– Ого, наше мастерство растет! – с усмешкой произнес роконарец. – Пригодится в тяжелую годину.

Из образовавшегося зазора посыпались искры, как от далекого костра. Бантрус, раскрыв рот, глядел на это чудо.

– Так вы и в самом деле Боги? – спросил он, замирая. – Это действительно правда?..

Далар одним холодным взглядом прервал восторженный бред юноши.

– Думаю, вам лучше лезть первой, госпожа, – сказал он. – А я последую за вами.

– Хорошо, – сразу же согласилась девушка. Она скользнула ногами вперед в открывшееся отверстие. Впервые ее грело ощущение близкого завершения миссии, до этого они просто пытались бежать из неприятной действительности.

Впрочем, и здесь действительность оказалась не слишком приятной. В каком-то смысле даже фатальной. Судьба Лодок ужасала девушку даже больше, чем физическая опасность, исходившая от гулей на руинах древней Валхокки. Лодки, как феномен, являлись чересчур хрупкими и ранимыми, чтобы выжить в этом мире укреплявшейся цивилизации.

Лунный свет перед ней завертелся, закручиваясь в спираль, подобно воде, уходящей в сток. Неподвижные фигуры Бантруса и Далара вибрировали, колебались в ритме окружавшей их вселенной… затем исчезли. Шарина пролезла сквозь стенку колодца, чтобы оказаться в центре совсем другого Клестиса.