Но кухни оказались открыты, а запах стоял такой аппетитный, что у Герцера слюнки потекли. Он протянул талон миловидной девушке, стоявшей у входа, и прошел к прилавку. К его удивлению, на завтрак была не просто кукурузная каша. Кроме каши можно было заказать яичницу, жареную картошку, золотистый, ароматный хлеб и сосиски. Кастрюли висели над огнем, и все было горячим.

– Чудесно. – Он не выдержал и улыбнулся подававшей еду девушке.

– Магистрат решил, что день отдыха надо сделать праздничным, – улыбнулась она в ответ. – Поэтому сегодня и еды больше обычного.

– И приготовлена она лучше. Что я могу взять?

– Все, что хочешь, – сварливо ответила девушка. – Но съесть нужно все дочиста.

– Хм… – ответил Герцер.

– Может, яичницу? – И она взялась за сковороду.

– Яичница… – Герцер покачал головой. – Не знаю.

– Болтунья? Глазунья? Поджарить с обеих сторон?

– С обеих сторон, наверное. Тогда белки словно сваренные.

– Легко, – ответила девушка. – Одну секунду.

Он взял булочку. Корочка у нее была коричневого цвета, размером она не превышала его ладони, а благоухала маслом и сдобой. Герцер надломил ее, и внутри она оказалась не белой, а золотисто-коричневой. Он понюхал и откусил, а потом быстро запихал в рот всю целиком.

– Объедение! – промычал он.

Две поварихи рассмеялись, а девушка у прилавка, жарившая яичницу, даже подмигнула ему.

– Самый старый из известных рецептов выпечки хлеба, – сказала она. – Мы только сейчас смогли намолоть достаточно муки.

– Что это? – прожевав, спросил Герцер.

– Это хлеб, благодаря которому на свете появились пирамиды, – ответила женщина постарше. – Египетский хлеб. Тяжелый, в нем много минеральных веществ и витаминов.

– Хлеб и пиво, – кивнул Герцер. – Я слышал об этом, но никогда не мог представить себе такого вкуса. Он один может заменить целый обед.

– Так все говорят, – весело ответила девушка за прилавком. – Строители пирамид питались лишь хлебом и пивом, иногда ели рыбу, а по праздникам – мясо. Но посмотри, что им удалось построить. – Одним движением руки она перевернула содержимое сковороды на деревянную доску, заменявшую тарелку.

Герцер нагнулся вперед и накрыл своей рукой ее руку.