– Ах да. Как же я мог забыть, – согласился Коэн. – А ты, значит, их вождь? Все как в шахматах, да?

– Я их господин, – высокомерно провозгласил лорд Хон. – Если понадобится, они умрут по моему приказу.

Коэн ответил ему широкой, опасной улыбкой.

– Ну что ж, нет так нет. Когда начинаем? – спросил он.

– Возвращайся к своей… жалкой банде, – процедил лорд Хон. – Сразу после этого и… начнем.

Он свирепо посмотрел на Маздама. Тот, развернув клочок бумаги, читал там что-то. Палец с ороговевшими ногтями медленно перемещался со строки на строку, губы неуклюже шевелились.

– Вступивший в противоестественные отношения… кастрированный баран, вот ты кто! – наконец произнес он.

– Это я придумал, – с гордостью сообщил Профессор Спасли, создатель сводной таблицы цивилизованных выражений.

Всю обратную дорогу Профессор Спасли вынужден был мириться со страшным скрежетом. Коэн стачивал караты со своих зубов.

– Умрут по моему приказу! – наконец рявкнул Коэн. – Этот паскудник даже не знает, что такое быть настоящим вождем. Туда-сюда его и его лошадь!

Профессор Спасли оглянулся. Главнокомандующие о чем-то жарко спорили.

– Знаете, – сказал он, – скорее всего, нас попытаются взять живыми. Я как-то работал в одной школе, так там был директор, как две капли воды похожий на этого лорда. Жил он только ради того, чтобы превращать жизнь людей в кошмар.

– Ты хочешь сказать, они будут делать все возможное, чтобы случайно не убить нас? – не понял Маздам.

– Да.

– Значит ли это, что мы не должны убивать их?

– Э-э… Не думаю.

– Отлично.

– Ну, что теперь? – бодро осведомился Профессор Спасли. – Споем парочку боевых песен или что?

– Нет. Мы будем просто ждать, – отозвался Коэн.

– Война дело такое. Очень много ждешь, – объяснил Малыш Вилли.