– Мы связаны общим несчастьем, – печально сказал Линан.

Эйджер положил руку ему на плечо.

– Я тоже не могу перестать думать о ней.

– Ей следовало быть с нами здесь. Если бы я решительней и смелей боролся с властью Силоны, возможно, она по-прежнему была бы жива.

– Рассуждая в том же духе, если бы ты лучше командовал армией в нашей первой битве с войсками Гренды-Лир, то и Камаль по-прежнему был бы жив.

Линан резко поднял голову, удрученно посмотрев на Эйджера.

– И если ты будешь рассуждать в подобном духе и дальше, – сердито продолжал Эйджер, – то и Берейма встретил свой конец тогда, когда это произошло, потому что ты был слишком поглощен собой, чтобы догадаться о замыслах Оркида и Деджануса.

– Это несправедливо! – воскликнул Линан.

Эйджер с силой ткнул его пальцем в грудь.

– А винить себя в смерти Дженрозы – разве нет?

Линан покраснел.

– Я… я сожалею. Мне не следовало говорить всего этого.

Гнев Эйджера иссяк.

– Да, но горе может заставить нас сказать и сделать такое, чего мы не собирались.

Эйджер хотел сказать еще многое, хотел поговорить с Линаном о Камале и Дженрозе, но тут их догнали Коригана с Гудоном, и момент ушел.

– О чем вы так серьезно говорили? – легкомысленно спросил Гудон.

Эйджер махнул рукой в сторону «Пыли Суши».

– Наш военный флот, – уведомил он их.

На Гудона это явно произвело впечатление.

– Прекрасный корабль. Хорошее начало.