– Нет! Я здесь впервые в жизни! Мне натянули на голову мешок! Я ведь всего-навсего собирала детские зубки! – Фиалка разрыдалась. – Тебе дают список, ты проходишь пятиминутный курс обучения, а еще с тебя удерживают десять пенсов в неделю за лестницу. Знаю, знаю, с маленьким Вильямом Рубином я ошиблась, но нужно ведь
– Ошибку? – переспросил Перепой, вежливо подталкивая Фиалку в спину.
– Он спал, сунув голову под подушку, но нам зачем-то ведь выдают клещи, и никто не говорил, что я не должна…
«У нее определенно приятный голос, – подумал о боже. – Хотя и чуть-чуть скрипучий. Странное ощущение: как будто слушаешь говорящую флейту…»
– Думаю, нам нужно побыстрее выбираться отсюда. Иначе нас могут услышать, – намекнул он.
– А чем ты занимаешься? – поинтересовалась Фиалка.
– Э… так, ничем определенным… Я…
Перепой пытался думать, несмотря на жуткую головную боль. И вдруг ему в голову пришла мысль, которая могла показаться удачной только после хорошей порции спиртного. Спиртное, вероятно, выпил кто-то другой, но мысль пришла в голову о боже.
– На самом деле я бог свободной профессии, – сказал он как можно бодрее.
– Как можно быть богом свободной профессии?
– Понимаешь, если другие боги вдруг берут выходной, я их заменяю. Да-да, именно так.
Собственная изобретательность настолько его впечатлила, что о боже уже не мог остановиться:
– И столько у меня работы! Иногда с ног валюсь. Вечно меня дергают. Представить себе не можешь. Какое-нибудь божество обратится в белого быка или лебедя, нацелившись где-нибудь хорошо провести время, и зовет меня: «Перепой, старый приятель, подежурь тут немножко, будь добр. Послушай молитвы и все прочее». У меня и личной жизни-то совсем нет, но в наше время отказываться от работы…
Глаза Фиалки округлились от восхищения.
– А сейчас ты тоже кого-нибудь замещаешь? – спросила она.
– Да, конечно… бога похмелья…
– Бога похмелья? Какой ужас.
Перепой опустил взгляд на свою заляпанную, помятую тогу.