– Хо, – опять показал зубы здоровяк. – Это вряд ли. Да и кому?

– Могу с ходу назвать парочку тех, кто не откажется с тобой потолковать. К примеру, есть такой великан: Крон.

– Ты знаешь Крона? – удивился людоед.

– Более того, мы с ним кореша. А что, тебя забыли уведомить о такой ерунде?

– Разве это меняет что-то? – пожал плечами наемник. – Договор есть договор.

Похоже, взамен совести людоедам пришлось обзавестись жестким кодексом – иначе б не выжили. Причем в чистокровок он въелся не хуже инстинкта, да и большинство дворян, их потомков, все же придерживались правил. «Вот в моем мире это выродилось в чиновничий педантизм, – подумал Светлан со вздохом. – Да, были люди… э-э… людоеды. А затем грозных Охотников сменили мелкие пакостники. Все деградирует!»

– Кто меня заказал, ты, конечно, не скажешь, – произнес Светлан. – Но свое имя можешь назвать?

– Можешь величать меня Ноем, – дозволил убийца. – Понятно, пока живешь.

И опять одарил клиента фирменной ухмылкой.

– Ной, ну да, – пробурчала Мишка. – А может, Ут-Напиштим или даже Зиусудра? Надо ж, ноевщину отрыли… ископаемую, но не окаменелую. Так вот какие у нас были праведники!

– Ну почему – «у нас»? – возразил Светлан. – Наверно, это заимствованный миф. А у каждой расы – свои заповеди. Возможно, по меркам людоедов этот тип – чуть ли не святой.

– Эй, уважаемые, – окликнул здоровяк. – Я вам не мешаю трепаться?

– Если свалишь, мы не станем возражать, – огрызнулась ведьма.

Он гоготнул, вовсе не обидевшись.

– Скажи-ка, дядя, – обратился к нему богатырь, – а в каких отношениях ты, истинный Охотник, с теми из твоих сородичей, кто подался в Пастухи?

– Я этих выродков презираю, – ответил Ной, не скрывая. – Они так старались сойти за людей, что сами стали походить на свой скот, насквозь пропитавшись враньем.

– А ты, значит, блюдешь традиции Древних?

– При чем тут традиции? – хмыкнул людоед. – Это наша суть. Но полукровки вобрали в себя худшее от двух рас. Теперь и не поймешь, кто подлее: человечки или их пастыри?

– И, однако, ты принимаешь у них заказы, – заметил Светлан. – Кстати, зачем тебе деньги?

– А кто говорил о деньгах? – осклабился наемник. – Уж не думаешь ли, что я хожу по городским лавкам или закупаю провизию у крестьян?