Девушки обернулись к говорившему. Дира – кокетливо, Мьюла – с ужасом. Повелитель Огня смерил Мьюлу непередаваемым взглядом – словно решал, прикончить ее на месте или сначала хорошенько помучить. Мьюла понимала, что надо что-то сказать ему, как-то объяснить свой поступок, но в голове не было ни единой мысли.

Выручил ее камергер короля. Он приблизился с подобострастным поклоном, адресованным Проклятому, и сказал, обращаясь к Мьюле:

– Мисс, мне предписано напомнить вам, что следующий танец вы танцуете с его высочеством.

– Да! Конечно! – Мьюла едва не бросилась целовать камергера. А тот поворотился к Проклятому: – Если вы, конечно, позволите, Великий.

Мьюла присела перед Талатом в глубоком реверансе с безумной надеждой на отсрочку разговора. И дернул же ее водяной отдать сапфиры Дире! Но они так подходили к цвету ее глаз! Конечно, Талат оскорбился, узнав, что Мьюла так легко рассталась с его подарком. Теперь объяснений не избежать. Но только не сейчас. Ей очень нужна передышка!

– Пусть танцуют, – милостиво кивнул Талат. Мьюла осторожно подняла голову и взглянула ему в лицо. Похоже, он прочитал ее мысленное раскаяние и немного смягчился.

Музыка стихла. Все присутствующие образовали широкий круг, расчищая центр зала, где должен был состояться традиционный танец наследного принца с лучшей выпускницей Академии.

Согласно этикету Мьюла застыла в нескольких шагах от его высочества, ожидая, когда сиятельный кавалер церемонно пригласит ее на танец. Зазвучали первые аккорды, и принц медленным шагом направился к ней. Склонил голову: «Вы позволите, мисс?» – протянул руку. Она сделала реверанс: «Почту за честь, ваше высочество» – и вложила свои дрожащие пальцы в его немного влажную ладонь. Конечно, ее пальцы дрожали не от волнения перед принцем, а от ужаса перед Талатом, но принц отнес ее дрожь на свой счет. Он снисходительно улыбнулся и повел ее в центр зала. Танец начался. Талат не сводил с Мьюлы пристального взгляда, от которого у нее мурашки бежали по коже.

Она делала положенные движения, а сама лихорадочно проговаривала про себя строчки выученного в библиотеке заклинания – ставила на свой разум защитный блок, готовясь к разговору с Проклятым. Она не хотела, чтобы он читал ее мысли. За несколько па до окончания танца она справилась с заклинанием, чувствуя, что голова наливается неприятной тяжестью. Ну и пусть. Зато к ней вернулась привычная уверенность, и на душе стало значительно легче.

Музыка смолкла. Мьюла и принц склонились друг перед другом в церемониальном поклоне, а затем, согласно этикету, принц предложил ей руку, намереваясь проводить к столику с напитками. Им удалось сделать всего пару шагов – перед ними вырос взбешенный донельзя Талат.