Обернувшись, Вадим увидел лицо Варвары, приобретшее цвет огуречной мякоти. Было видно, что ее желудок сейчас готов извергнуть все содержимое.

– Не смотри, – попросил или, вернее, приказал майор.

Но тут ему стало не до нервов спутницы – только что срезанный им третий бандит, разметавшийся в траве, вдруг зашевелился, привстал, поднялся на ноги. В руке его блеснул длинный кинжал на фигурной рукояти.

– Стой! – крикнул сыщик, поводя стволом «Борза». – Стоять, я сказал!

Долговязый поскользнулся, рухнул на траву, поджав под себя раненую ногу, но все равно пытался уползти.

– Ну мент! Возьми меня!.. – Его глаза бешено вращались.

– Спокойно! – вскинул автомат Вадим. – Убери нож. Давай поговорим!

Предложение милиционера вызвало яростную ухмылку, бандит презрительно сплюнул:

– Не о чем мне с тобой говорить… – Его рука потянулась к валявшемуся пистолету. – Его Экселенция сказал – убить тебя…

– Не трожь волыну, – обратился майор к «гоблину»…

Что-то необычное почудилось ему в застывшем выражении костлявого лица, в расширенных зрачках, судорожно сжатых бледных губах. Потом уже Вадим поймет, на что оно было похоже – на лицо человека, решающего некую сложную и важную задачу, от которой зависит вся его жизнь, и вот наконец нашедшего решение.

А между тем Савельев вполне мог оценить, как тяжело ранен его противник.

Одна пуля вошла в бок. Вторая ударила под колено.

Страшно улыбаясь, парень сумел дотянуться до пистолета, хотя это и здоровому было непросто.

Майор мог бы попробовать взять его живым, но рефлексы десантника пробудились раньше, чем эта мысль оформилась.

Палец надавил на спуск – «Борз» выплюнул последние три патрона. На спине бандита хлестнули кровью три раны.

Варя за его спиной взвизгнула.

Вадим наскоро обшарил трупы, нет-нет, да и косясь на густеющий дымок, исходящий от расстрелянной иномарки.

Документов, кроме доверенности на вождение и засаленного паспорта у старика, при покойниках не было. Немного денег, пара ножей – вот и все.