— Беги! — закричал он ей. — Беги! Ты ничего не сможешь сделать здесь! Уходи, пока ещё можешь!

Самюэль вставил сапог в стремя и взобрался в седло.

Кэлен стояла, уставившись на Ричарда красивыми зелёными глазами, полными слёз.

— Торопись! — позвал её Самюэль.

Она, казалось, даже не слышала Самюэля. Она не могла оторвать глаз от Ричарда. Она знала, что оставит его тут умирать.

— Иди! — что есть сил кричал её Ричард. — Иди же!

Слёзы жалили его глаза. Несмотря на все свои попытки, он не мог подняться даже на четвереньки. Жгучая боль, вызванная магией, парализовала его.

Сестра выбросила руку в сторону Самюэля. Вспышка света озарила ночную мглу. Самюэль поднял меч, отразив вспышку. Она улетела дугой прочь в ночное небо. Сестра выглядела удивленной.

Повсюду вдалеке бушевало сражение. А вокруг них, охранники, оглушённые взрывом, вызванным силой Сестры, всё ещё не оправились достаточно, чтобы подняться. Очевидно, Сестра не хотела, чтобы они вмешивались. У неё были свои планы.

Большой боевой конь вскинул голову, ударив копытом по земле. Кэлен посмотрела на Никки, скрутившуюся в комок и дрожащую от боли. Джиллиан лежала на земле возле неё, оглушённая тем же ударом магии Сестры.

Ричард знал, что, несмотря на представившийся шанс сбежать, Кэлен собирается отринуть эту возможность и попробовать помочь им.

Он понимал, что Кэлен ничем не могла помочь Никки. Если бы Кэлен осталась, то ей бы грозила смерть. Это было ясно, как Божий день. Как бы сильно он ни ненавидел эту мысль, в данный момент Самюэль был её единственным спасением.

— Беги же! — выкрикнул Ричард сквозь душившие его слезы.

— Но я должна помочь Никки и…

— Ты ничего не сможешь для неё сделать! Ты умрёшь! Беги, пока ещё можешь!

Самюэль потянулся вниз и обхватил ее руку, помогая ей взобраться на лошадь позади него. Как только она сделала это, Самюэль, не тратя времени впустую, пришпорил коня пятками. Лошадь, рванулась прочь в смертельном галопе, разбрасывая за собой грязь и камни.

Пока лошадь растворялась в темноте, Кэлен оглянулась назад через плечо. Он не сводил с неё своих глаз, зная, что видит её в последний раз.

Через мгновение, всё ещё оглядываясь на Ричарда, она скрылась из виду в тёмном беспорядке лагеря и исчезла. Ричард обмяк на холодной, жесткой земле, слёзы ручьём омывали ему лицо.

Появившись из темноты Сестра, прокладывающая себе дорогу среди сотен оглушённых имперских стражей, катающихся по земле, наконец, добралась до него.

Он почувствовал, что уровень причиняемой боли увеличился, невыносимо затруднив дыхание. Она хотела дать ему понять абсолютно отчётливо, что он не сможет поднять против неё даже палец.