Тем временем из-за угла и впрямь появилась телега, добротная и широкая, с высокими бортами, заваленная соломой. Впряжен в неё был добрый коняка, очень мирного вида, но зато статью и силой своей заставивший бы устыдиться даже скакунов имперской конюшни. Настоящий эгестский тяжеловоз, способный волочить телегу по любому бездорожью и с любым грузом, какой только способны выдержать деревянные оси.

Мужичонка по имени Дичок низко и раболепно поклонился Рыси.

– Всё, как изволили повелеть…

– Можешь убираться, – сквозь зубы бросила Рысь, и мужичонка с превеликим удовольствием немедленно так и поступил. По-видимому, оставаться в обществе юной воительницы он считал небезвредным для здоровья. Несмотря на понесённое ею поражение – а, может, именно вследствие его.

– Рысь, послушай… – начал было некромант, но девушка вновь перебила его – решительно и сердито:

– Я уже всё знаю. Если ты не послан Храмом по мою душу… то мой долг, Долг стража – помочь рыцарю в его Поиске. Храм мог отринуть меня, но я-то его не отринула! Я законы блюла и блюсти буду! – Щека Рыси непроизвольно дёрнулась.

«Очень, очень перспективно», – словно наяву услыхал Фесс медленный голос Даэнура.

– Хорошо, – решился наконец Фесс. Он до сих пор не пришёл в себя после схватки и не представлял себе, как станет грузить на телегу неподъёмного Прадда. – Я не откажусь от твоей помощи, Рысь. Как я уже сказал, мои друзья ранены…

Вместо ответа Рысь одним мягким прыжком, совершенно неразличимым глазу движением оказалась на телеге, и вожжи словно сами собой легли ей в руки.

– Куда гнать? – деловито осведомилась она.

– На запад, а потом я скажу, где свернуть…

Рысь причмокнула, хлопнула вожжами, и телега двинулась. Без скрипа – верно, Дичок и впрямь хорошо за ней ухаживал.

– Страж Храма будет счастлив разделить дорогу и тревогу с рыцарем Храма, – торжественно проговорила Рысь, глядя на Фесса сияющими глазами, словно ей только что выпало какое-то невероятное счастье. – Я пойду с тобой. Скажешь мне, когда я перестану быть нужна.

– Рысь, ну что ты такое говоришь! – не выдержал Фесс. – Я никакой не рыцарь, ни в каком Храме отродясь не бывал, а драться выучился очень-очень далеко отсюда… а вообще-то я некромант, окончил Академию в Ордосе, сейчас вместе с друзьями бегу от инквизиторов…

Рысь только усмехнулась. Мол, говори, дорогой, говори. Всё равно я знаю, в чём тут дело.

– Одан, нигде в мире не могут научить таким приёмам боя. Ни в Эбине, ни в Ордосе, ни в Волшебном Дворе, ни у поури[5] («Это ещё кто такие?» – мельком подумал Фесс), ни у эльфов, ни у клешняков («Это, наверное, она Империю Клешней в виду имеет?»), ни даже на Утонувшем Крабе. Только в Храме. И больше нигде. Ни-где, – с напором повторила она. – Поэтому я не знаю, зачем ты говоришь мне это. Но, очевидно, так требует твой Поиск. Страж не задаёт вопросов рыцарю, он почтительно ждёт, когда рыцарь сочтёт благоприятным поделиться с ним своим знанием.