– Да тебе вовсе и не надо идти внутрь, – пожал плечами Император. – Всё, что от тебя требуется, перенести меня через кольцо стен. После этого можешь со спокойной душой, если, конечно, она у тебя имеется, уносить ноги… крылья… словом, убираться на все четыре стороны. Из крепости я выберусь сам… или не выберусь вообще. Но тебя это уже не коснётся. Так что выбирай – или я начну применять к тебе все методы допроса, какие только знает правитель великой Империи – и это будет наверняка, можешь не сомневаться, – или ты рискнёшь, потому что в одном случае пытки тебе не избегнуть, а в другом – это ещё никому не известно.

– Известно, – вампир уныло хлюпал носом и, кажется, собирался плакать. – Что тут, что там, высокий человек. Как только я поднимусь над стенами, мы окажемся в их власти, и даже твой талисман не сможет тебя оборонить.

– Что ж они тогда медлят? – поднял бровь Император. – Чего они тогда ждут? Я не прячусь. Я открыто вызываю их на бой – а они отчего-то медлят!

– Они ждут, когда ты окажешься ещё ближе. Их власть тает вне пределов этих стен, не знаю уж почему, – отозвался вампир. – Они ждут, когда я и в самом деле подниму тебя над замком…

– Ну хорошо, – прищурился Император. – Тогда, если их власть сильна только там, внутри… попробуем другие способы. Смотри, маловер!

Император поднял левую руку, нацелившись сжатым кулаком в нижний край стены. Он представил себе, как его рука вытягивается, вытягивается, становясь всё длиннее и длиннее – но это не обычная человеческая плоть, это поток чистого белого пламени, такого же, как и сама породившая его перчатка, он представил, как это исполинское огненное копьё или даже нет – настоящий таран врезается в основание стены, как начинает гореть и плавиться кирпич, как летят во все стороны огненные брызги и как бегут вверх, рассекая гладкую поверхность камня, чёрные извилистые трещины.

…Однако тут его таран нежданно врезался в какую-то явно магическую преграду, потому что Императора внезапно резанула острая боль, по левому плечу словно хлестнуло раскалённой железной плетью. Он сжал зубы, чтобы не застонать, но всё-таки пошатнулся.

Вампир тотчас же бросился наутёк, перекинувшись летучей мышью. Ну нет, братец, рановато ты стал труса праздновать…

…Невидимая сеть настигла чрезмерно прыткого летуна в воздухе, рванула назад, к земле, вбила по шею в болотную жижу. Император придавил сапогом плоскую голову твари. Левая рука висела как плеть, плечо нестерпимо жгло, но это только увеличило ярость. На боль он внимания не обращал.

– Бежать решил? – прорычал пленнику Император. – Не-ет, дорогой, никуда ты от меня не денешься, покуда не отпущу. А ну, давай, поднимай меня!