Мне повезло. Невидимый удар швырнул не на жесткий камень – на кучу песка, приткнувшуюся к стене. Хоть чуть-чуть, да помягче.

Не дать подняться, добить меня маг не успел. С другой стороны, отвлекая внимание, его атаковал Калрэйн.

Но меднолицый оказался начеку – и летящий в его голову нож словно бы воткнулся в невидимую преграду. Клинок тут же потерял форму, стек вниз, расплескался по полу блестящей лужицей – на манер пролитой ртути. Ассасина маг, не мудрствуя лукаво, тоже наградил «воздушной оплеухой». Возможно, он еще не успел разобраться в ситуации, второпях вообразил, что мы оба несем на себе какую-то магическую защиту. Удачная для нас ошибка... Хотя долго водить за нос, конечно же, не удастся. Но мы и не собирались мешкать.

С другой стороны уже подбегал я, вновь готовый пустить в ход Бьерсард, – но внезапно рухнул ничком на пол, пропуская над собой туго спрессованный сгусток воздуха. Тут же вскочил, бросился вперед. Калрэйн занес клинок для нового броска...

Казалось, победа рядом, рукой подать, отбиться от двоих маг никак не успевал. Но меднолицый все же вывернулся... Плиты под моими подошвами стали внезапно скользкими-скользкими, будто идеально гладкий паркет тронного зала, к тому же обильно политый маслом. Я сбился с ноги, взмахнул рукой, с трудом удержал равновесие...

А вокруг мага возникла знакомая мне по Лигонгу воронка смерчика... Причем не раскручивалась на продолжении некоторого времени, как тогда, – возникла, и меднолицый тут же исчез. Нож Калрэйна рассек пустоту.

Однако, чем бы ни был этот смерчик, дальность переноса им явно зависела от времени подготовки... Отступил маг совсем недалеко, на другой конец зала.

И тут же доказал, что предвкушать победу нам ой как рано.

Наверняка «кулаки» он пустил в ход не раздумывая: первое пришедшее на ум непрямое боевое заклинание, – возможно, хорошо памятное ему со школьных времен, если он все же был когда-то человеком... Но все воздушные атаки стали лишь способом потянуть время, подготовиться к настоящему смертоносному удару.

И меднолицый ударил!

Сначала по мне... Вернее, заклинание было направлено не на меня, – на кучу толстенных деревянных брусьев, сложенных у стены. Это были заготовленные для перекрытий балки, но сейчас мирное дерево, дожидавшееся, когда же его используют для ремонта, взбесилось! Каждый брус обрел подвижность и гибкость, словно бы превратился в змею, в громадного удава, вышедшего из летаргического сна!

Одни извивающиеся балки норовили оплести меня, раздавить в смертельных объятиях. Другие, свернувшись в тугую спираль, мгновенно распрямлялись – точь-в-точь как болотные питоны, таранным ударом своей головы ломающие ребра и хребет грязеруху.