– Как же! Милый амфитрион, сердце которого ты покорила, а он заметно отметил тебя своею любовью, – звонко рассмеялась мэги Глейс.

– Так вот после того, что у меня произошло с ним, магия Воды стала мне даваться намного легче. И Аасфира я убила не одним из заклятий Огня, которые всегда сами просятся с рук, и я пользуюсь ими чаще всего, а убила я его пронзающим острием льда, – призналась дочь Варольда. – Это было как озарение. Будто неведомый властный голос наставлял меня сделать именно так.

– Нет ничего удивительного, госпожа Пэй. Сейчас я открою тебе маленькую тайну, взятую из старой и мудрой книги, – Верда придвинулась ближе и продолжила негромко: – Мэги, узнавшей любовь одной из Стихий, передается часть силы этой Стихии. Коралисс, сама понимаешь, равен Стихии Воды. Вот ты и получила соответствующие таланты, и скоро, возможно, разовьешь их еще больше. Но знай: только та мэги, которая узнает любовь всех четырех Стихий, станет первой из всех – самой могучей и славной. До сих пор это не удавалось никому, хотя я слышала истории, в которых многие мэги старались таким образом возвыситься, искали нечеловеческую любовь, а нашли лишь позор или гибель.

– Я об этом тоже слышала и размышляла. Не только ты такая умная, госпожа Глейс, – шутливо подразнивая, Астра высунула кончик языка. – Вижу, ты завидуешь мне? Была бы возможность, променяла бы Леоса на Коралисса?

– Глупости какие. Зачем же менять? Я всегда следовала только велениям сердца. И если оно однажды сказало: «Леос», то этот звук для меня важен до тех пор, пока он совсем не стихнет. Хотя… – Верда на миг задумалась и проговорила сладким серебряным голосом: – Хотя могут быть и другие важные звуки. Ведь верно, госпожа Пэй? Ты сама очень не без греха? А твоя наставница Изольда? Давно ли она стала предана всем сердцем Варольду?

Астра не ответила. Волосы черными кольцами заслоняли ее лицо, и было непонятно, о чем она думает в этот момент, тогда Верда продолжила:

– Многие в Иальсе считают меня распутной сердцеедкой, но это неправда. Я просто свободна. Свободна, как настоящая мэги, чего от всей души желаю и тебе. Мое тело священный сосуд, и я хочу, чтобы его наполняли любовью лишь те, к кому я сама со страстью стремлюсь. Увы, не всегда получается так. Слишком мало таких мужчин, для которых не жалко себя и всего что у тебя есть, – она легла ничком, наблюдая за Голафом и Бернатом, возившимися у костра.

– Глейс, ты говорила о мэги, желавших возвысится, стать первыми во владении Стихиями и тем получить немалую власть… А Черная Корона? Не претендуешь ли ты на Корону богини? – не сдержавшись, спросила Астра – эти опасения давно тревожили ее, с того момента, как она согласилась принять подругу Леоса на борт «Песни Раи». – Иначе, мне трудно понять, что заставило тебя решиться на наше рискованное путешествие.