Киссур выслушал его молча, швырнул ему под ноги дырявую корзину и сказал:

– Собери свои дрянные слова в эту корзинку и убирайся. Или ты не знаешь, собака, что государь Страны Великого Света, – самый великий владыка в мире, что одной ногой он попирает небо, а другой землю, и от слова его расцветают сады и колосья наливаются золотом?

Князь плохо разумел по-вейски, и толмач перевел ему речь так:

– Или ты не знаешь, собака, что господин Страны Великого Света – самый удачливый князь в мире, и что в великом Государевом Шатре от одного золотого колышка до другого пролегает дневная кочевка, и благодаря его удаче осенью в лесах по колено желудей и по локоть орехов?

Горец ответил:

– Я слыхал про государеву удачу, но, видать, государь в чем-то прогневал богов: съел зимнюю пищу в летнее время, или выпил кислого молока, не сходя с коня, – потому что со времени опалы господина Нана люди повадились дергать золотые колышки государева шатра.

– И потом, собака, – прибавил горец, – у меня шестьдесят тысяч войска, а у тебя – семь.

Киссур задумался и сказал, что он даст на это ответ завтра, но вместо ответа сам переправился через Бирюзовую Реку. Конники Киссура разгромили варваров, а наглого невежественного князя Киссур своей рукой убил в поединке, не желая, чтобы его чудесные доспехи достались какому-нибудь простолюдину.

Как мы помним, эти варвары ничего не хотели, кроме как изъявить покорность государю. Когда они увидели, что удача государя осталась при государе, они раскаялись и даже хотели избрать Киссура своим князем. Киссур отказался, но всех, кого он не убил, он взял в свои войска.

Kuccyp cтал расспрашивать варваров, как они решились на войну с империей, и ему рассказали следующее: далеко на запад, по другую сторону гор, течет большая река. Раньше у этой реки была огромная пойма, а в пойме жил народ по прозванию «черные шапки». Они жили рыбой и водяной птицей, и устраивали на воде грядки из плетеных ветвей. Это был мирный народ, и ни соседям не было дела до «черных шапок», ни «черным шапкам» до соседей, потому что соседи не могли поживиться «черными шапками» в их болотах, а «черные шапки» не ходили в степь, где не было рыбы и плетеных водяных грядок.

Но тридцать лет назад в горах случился обвал, река изменила русло, пойма стала сохнуть, и «черные шапки» оказались без рыбы и плетеных грядок. Роды и кланы их развалились, а молодые люди с длинными мечами и с длинной волей сказали, что лучше умереть от врага, чем от голода, и отправились в степь.

К чему много слов?

Нынче «черные шапки» завладели половиной степи, и все, кто не стали их рабами, побежали кто куда: вот они, люди племени аколь, родственники аломов, побежали в ойкумену.