Светлый фон

А я встретила внизу лишь Дэво. Не думаю, что ты станешь прибегать к его помощи во время одевания!

— Наберись терпения, Беллита. Рохарио сказал, что как только мы с ним поженимся, он попросит своего дворецкого подыскать нам надежных слуг. Я не стану ему в этом мешать. Он ужасно любит обо всем хлопотать.

— Он вернулся? Вы получили разрешение екклезии?

Элейна покраснела и быстренько стала складывать кружевную шаль.

— Сам Премио Санкто дал свое согласие, хотя, мне кажется, я заметила, как в его глазах что-то промелькнуло, когда он объявил, что бракосочетание должно состояться во время Санктеррии.

— Можно подумать, костры Санктеррии сделают твою кровь безупречной! — хмыкнула Беатрис.

— Рохарио вернулся в город, чтобы присутствовать на свадьбе Сааведры.

— Ах, да, конечно! У меня такое впечатление, что на улицы высыпало все население города, народ ждет начала празднеств. Астравента подходящий для бракосочетания день, ты со мной согласна? Особенно если вспомнить, что невеста уже поймала звездочку в свое зеркало.

— Беатрис!

Но она только рассмеялась, подвела Элейну к зеркалу и занялась ее прической.

— Я и представить себе не могла, что женщина из рода Грихальва, забеременевшая от до'Веррада, будет так популярна. Эйха! Больше я ничего не могу сделать с твоими волосами. — Беатрис задумчиво подошла к окну и тут заметила картину под покрывалом. Элейна только сегодня принесла ее в свою комнату на чердаке. — Что это такое? Твое новое произведение?

Элейна тотчас отвернулась от зеркала.

— Пожалуйста, не открывай ее.

— Как скажешь. — Беатрис чуть приподняла одну бровь. — Насколько я понимаю, это секрет. — Она провела рукой по желтой ткани, прикрывавшей картину, нахмурилась, увидев пыль на пальцах, и выглянула в окно. — Эйха! Вон санкта Луисса и ее бедная матушка решили немного подышать воздухом, дожидаясь меня. Знаешь, это душераздирающая история, но я расскажу ее тебе потом, потому что вижу санкту Хуанию, которую ласково называю Змея, она вечно высматривает своими глазками-бусинками, кто чем занят. И, кажется, начинает беспокоиться. Мне пора! — Она поцеловала Элейну в щеку и направилась к двери.

— Подожди!

Беатрис остановилась и взглянула на сестру широко раскрытыми глазами.

— Что случилось, Элейна? У тебя такой серьезный вид, а ведь сегодня праздник.

Многие недели она с трудом несла на плечах эту ношу. Как легко было бы позволить Беатрис уйти, а книгу оставить себе. Знания, которые только и ждут минуты, когда она или кто-нибудь другой сделает их своим достоянием. Элейна глубоко вдохнула, открыла сундук, стоявший в темном углу, и вынула из него книгу. Протянула ее Беатрис.