– А то как же: решить, что делать дальше будем, - разом сказали Иоанн и Никифор.

– Вот и прекрасно. Сейчас перед нами стоит выбор: или оставаться в Ефратисии, или уходить отсюда. Первое опасно тем, что партафцы могут взять нас в осаду, и мы не сможем использовать клибанариев. Это если не считать того, что еды осталось на две недели. Второе опасно не менее, если не более - нас могут просто перебить в открытом поле, - Андроник незаметно для себя стал оратором.

"Интересно, что будет после, скажем, двух лет жизни при дворе? Стану писателем или оратором в Собрании? Ах да, Собрание отменили при Дуке Ватаце... Ну что ж, тогда поеду В Ксариат - там ораторы нужнее, чем воины".

– Давайте рассмотрим все "за и против". Партафцы не смогут взять нас нахрапом, - Валент всегда излагал свои мысли чётко и ясно: того требовали федераты-наёмники, не блиставшие стратегическим гением, - пока мы в городе. А ночных атак ещё никто не отменял. Вот выйдем на конях ночью, ударим по горцам, слово, так сказать, за слово, и обоз ихний уже у нас.

– Во-первых, не ихний, а их, - у Михаила выработалась привычка на ходу поправлять легионеров и вообще всех, кто говорил неправильно. - А во-вторых, если не придут эти партафцы с обозом, что мы будем есть? Я, конечно, понимаю, что можно последовать примеру Ахея Ксариатского: во время осады грызть черепицу и солому с крыш. Не знаю как другие, но я предпочитаю буханку хлеба и кусок мяса. В-третьих, - ещё Михаил любил выражать свои мысли, приставив к ним порядковый номер. Он это называл солдатской чёткостью, - у нас ещё остались клибанарии. Мой отряд вовсю рвётся погоняться за партафцами. Можно даже по холмам или Пригорью.

– Я поддерживаю Михаила, - Иоанн высказал своё мнение.

– Как и я, иллюстрий, - командира Второй турмы поддержал и Никифор.

– Замечательно. Что скажешь, Констант?

– Стены - они и в Кемете стены, иллюстрий, - свойственная лишь одним легионерам ясность и чёткость. Выходцы из диоцеза Лаконика называли это ещё и лаконичностью. Жаль, что этот диоцез сейчас захвачен гномами. Не помогла его жителям лаконичность.

– Лициний?

– Поддерживаю, иллюстрий!

– Иовиан?

– Вот все тут говорят, сидеть или уходить, - Иовиан прочистил горло. - А, по-моему, надо, наоборот, идти дальше. Сейчас в Центральной Партафе творится Онтар знает что. То есть, конечно, Аркар знает что, - Иовиан машинально огляделся. В империи, особенно в столице, не приветствовалось упоминание других богов. Разве только во время обвинений колдунов и ведьм - это всегда пожалуйста.

– Не бойся, тут священников нет, - Андроник улыбнулся.