Молва о смерти регента и возвращении выздоровевшего принца обогнала отряд на сутки, поэтому Руам, Фергур и братья из Гайсама были освобождены еще до прихода его высочества. Выпустил их из застенков не кто иной, как Лутс. Главный секретарь всегда умел держать нос по ветру. Как только он проведал о смене власти в стране, тут же начал активно приобретать новых союзников. Телохранители его высочества всегда могут замолвить словечко перед законным правителем.

На последнем заседании суда Лутс выступал в качестве одного из главных свидетелей. При разоблачении прежней хозяйки он не жалел красноречия, так что после его выступления на Еневру смотрели, как на порождение инзгарды, вырвавшееся на этот свет и призванное уничтожить все живое.

Показания также давал и Дайрук, которому за честность пообещали сохранить и жизнь, и должность. Речь мага была не столь эмоциональна, но вносила ясность во взаимоотношения королевы с демоном. Немало рассказали о темной волшебнице и недавние слуги Эрмудага: несмотря на долговременное зомбирование, память они сохранили.

Так что обвинений регентше хватало на три смертных казни и без убийства Глошара. Однако его высочество очень интересовал именно этот пункт.

– Вы хотите сказать, – Изалк дождался, когда возгласы, вызванные последними заявлениями подсудимой, стихнут, – что отец принца Тарина жив?

– Он не умер, и это в свое время подтвердил Црангол. Магистр не обнаружил духа его величества, следовательно, Глошар не покинул наш мир. Вам не приходило в голову, что правитель мог уснуть? Естественно, не простым сном.

Принц, который до этого момента не вмешивался в судебное разбирательство, сразу вспомнил странный голос в кабинете истинного короля. Невидимый собеседник тоже утверждал, что правитель находится между жизнью и смертью.

«Может, его усыпили с помощью никому не известного магического артефакта?»

– Где мой отец? – подскочил наследник.

– В удаленном месте. Как туда добраться, кроме меня знает лишь один человек. Но и ему не в силах открыть тайник.

– Второй – это Груаб? – спросил Руам, хорошо запомнивший слова Регадуна об охоте оружейника за людьми.

– Да, он, – несколько удивилась Еневра. – Откуда ты знаешь? Следопыт не мог нарушить договора.

– Он его и не нарушал. Просто есть существа, для которых чужие мысли что открытая книга.

– Тогда вы и без меня все знаете, – бросила пробный камень вдова. – Почему я не вижу здесь Груаба?

– Вопрос обвиняемой к делу не относится. – Изалк решил вернуть судебный процесс в исходное русло. Граф очень старался показать себя перед новым правителем с лучшей стороны. – Еневра, вы не дали полного ответа его высочеству.