Тем временем был объявлен сговор, и Юлдуз целую луну — пока отец работал над ковром — ежедневно приезжал к Чистому озеру. Близился Весенний праздник Откровения Тарима, зацветали сады, словно наряжались ради скорой свадьбы. Через месяц почтенный Бахрам получил ковер и велел присылать свадебный дар и готовиться к торжеству.
Тем же вечером, торопясь успеть до удара большого гонга, возвещавшего конец базарного дня, отец с сыном отправились в ювелирный ряд и купили драгоценности невесте. А наутро старый Чонг, служивший хозяину еще в Кхитае, отправился к дому над Чистым озером…
Чонг еще раз вздохнул — и пошел прочь. Очень ему не хотелось огорчать хозяев — старого, что ковер не пришелся по нраву, молодого — что сватовство, как видно, не состоялось. Какая-то блажь нашла на вспыльчивого, капризного астролога, у которого в доме не задерживался более года ни один слуга, и с которым мог ладить только терпеливый мастер Тай. Известно ведь, мудрецы подчас ведут себя совсем как избалованные дети…
Однако ковра Бахрам не вернул, в чем старый Чонг видел добрый знак. Может, каприз пройдет, и все еще наладится.
Утешая себя этой мыслью, кхитаец встряхнулся и зашагал по широкой дороге, обсаженной пыльными карагачами. Солнце садилось, а вернуться в город надо было до заката.
С последними криками петухов закрывались большие ворота Хоарезма, и опаздавшему приходилось ночевать в поле.
Глава 1. Ночной визит. Мишрак
Глава 1. Ночной визит. Мишрак
В тесное помещение караулки при огромном дворе казарм вошел маленький невзрачный человечек и, щуря глаза с темноты на яркий свет факелов, проговорил:
— Не подскажут ли мне доблестные воины, где я могу найти неустрашимого Конана-киммерийца, ун-баши непобедимой армии повелителя Илдиза?
— А на что он тебе?— грубо перебил его один из стражников.
В руке человечка звякнули монеты.
— Господин мой велел не отвечать на праздные вопросы, но разрешил проявить щедрость. Так, где я могу найти Конана?
Под алчными взглядами солдат серебро перекочевало в карман старшего.
— Что ж, я думаю, ты найдешь его в «Красном Соколе». Это к закату от храма Эрлика Вездесущего, на улице Двенадцати Ступеней.
— Благодарю тебя, украшение туранского воинства. Не найду ли я там же помощника его, Харру?
Но, получив деньги, стражники немедленно потеряли интерес к посетителю.
— Ступай, ступай. Они там наверняка половиной отряда.
Бормоча бесчисленные благодарности, человечек, пятясь, вышел из караулки. Оказавшись на улице, он вдруг выпрямился, отчего стал выглядеть лет на десять моложе, снял затертый халат, вывернул его и надел снова. Теперь по улицам Аграпура шагал не пожилой слуга, а молодой господин, зажиточный, самоуверенный и праздный. И когда он остановил запоздалого прохожего, чтобы справится, как короче пройти к трактиру «Красный Сокол», тот объяснил поспешно и подробно, и долго еще кланялся вслед щедрому господину за брошенный на ходу медяк.