С облегчением вздохнув, Алина приоткрыла дверь, посмотрела в узенькую щелочку. Никого, пора и ей сваливать от греха подальше. Она вышла, повернула в замке ключ, выпрямилась и хрипло заорала. Посреди коридора в свете единственной лампы висел покойник. Багровое лицо, выпученные глаза, руки с обломанными ногтями, босые синюшные ноги, мокрые штаны. Сакен. Всё так же, как на фото, которое оставили возле нее в тот проклятый день. Ободранные пальцы слегка пошевелились, в горле хлюпнуло, как в сливе старой раковины.

– Али-и-ина…

– Уйди, уйди, уйди! – шепотом, словно молитву, произнесла девушка.

Ноги стали ватными. Она медленно сползла по стене.

Покойник послушно растворился, последними исчезли шары глаз и оскаленные зубы. Осталась круглая пыльная лампа и небольшая темная лужица на полу. Алина на четвереньках подползла, понюхала, в нос ударил резкий запах мочи. Не глядя, она вытянула из сумочки платок и начала яростно тереть, будто обезумев, пыталась смыть прошлое.

– Алина, вам плохо?

Девушка резко подняла голову и отбросила платок. Над ней склонилась молоденькая редакторша из соседнего отдела. С лестницы доносился разговор, лампы горели везде, насколько хватало взгляда.

– Всё нормально, чего пристала, – грубо ответила Алина, вцепившись в косяк, поднялась и, пошатываясь, пошла вдоль стены.

– Стерва, – тихонько пробормотала вслед коллега.

Алина почувствовала жжение в пальцах. Захотелось развернуться и вцепиться нахалке в глаза, выцарапать, а потом бить, бить головой, пока кровь не забрызгает крашеные стены. Она явственно почувствовала металлический солоноватый привкус на губах. С наслаждением втянула воздух, рот наполнился слюной. Опомнившись, Алина ускорила шаг, выскочила на улицу, забежала в ближайший магазин. Выбрала красный вишневый напиток в бутылке, открутила крышку и жадно припала губами к горлышку. Несколько алых капель упало на белый кафельный пол. По телу побежало расслабляющее тепло. Домой Алина долетела как на крыльях. Там ее уже ждали.

– Слушай, а кто это был? – Руслан рукой показал вокруг шеи петлю и вывалил набок язык.

– Дурак!

– Ой, ну прости, не хотел задеть твои нежные чувства, – он закатил глаза, а потом подмигнул ей. – Так кто это, а?

– Идиот! Слабак! Жалкий актеришка! Жизнь мне испортил. Да кому он нужен! – заорала Алина. Ударила кулаками по столу, хорошее настроение вмиг улетучилось.

– Тихо, тихо. Успокойся. – Руслан присел на корточки. – Наверное, все-таки был нужен, например родственникам. Как думаешь? – Он нежно провел пальцами по больной голени. – Или поклонникам.