– Дальнобойщиком был. Да – подтвердил Андрей.

– Никифор Васильевич, ваш дедушка, был обычным крестьянином. А вот судьба вашего прадеда уже более интересна….

Андрей внимательно слушал женщину и в то же время в голове у него крутились совершенно другие мысли. «Мама… – думал он – бедная мама…. Если там, в родном времени, прошло более трёх суток, то нас уже ищут. Мама волнуется, переживает, не спит…. Может быть, даже, сообщили папе, хотя он и в дальнем рейсе…. Дядя Стёпа мучается угрызениями совести, что не отговорил, не повлиял, не предупредил…. А если мы уже умерли?».

Об этом не хотелось даже думать.

– Ваш прадед – продолжала Виктория Навилас – это незаконнорождённый сын Агрипины Браздовой и Евгения Томилина, сосланного из Москвы по политическим мотивам в глухую деревушку, под названием Верхний Грот. Между прочим – он был сыном дворянина.

– Да, папа говорил, что его дедушка был знатного рода и что он приходится внуком революционера.

– А что сына этого революционера расстреляли большевики, он тоже говорил?

– Нет….

– Всё верно. Тогда не принято было об этом распространяться. А может он вообще ничего не знал. Всё раскроется позднее – женщина снова поднесла ко рту платок и несколько раз вдохнула через него – Но здесь дело в другом… – говорила она спустя минуту – Во время изучения родословной, я заметила одну интересную особенность: в каждом поколении, в какой-нибудь семье, случались неординарные события. Например – некая Надежда Браздова, которая за всю жизнь ни разу не состояла в официальном браке, родила пятерых детей. Согласитесь – ситуация, на то время, не очень ординарная. У сына одной из её дочек, некого Константина Пельвирского, родились три девочки. Казалось бы, на продолжении этой фамилии можно ставить крест. А, нет…. Одна из дочерей разводиться, и возвращает себе девичью фамилию. У неё рождается мальчик, которого называют Виктором и дают фамилию Пельвирский. От его внука некая Сьюзен Карлхольц родит ребёнка и будет жить в Испании. Через сто пятьдесят лет после этого во Франции родится Беата Гю-Касс. Умная, красивая девочка. Ей будут пророчить большое будущее, но она в двадцатилетнем возрасте познакомится с неким Иваном Сташковым, физиком-ядерщиком. После этого они бросают всё и едут в Гренландию изучать синие льды. Я думою никто не назовёт её поступки нормальными, если ещё учесть, что он был старше её на тридцать лет.

Виктория вдруг снова замолчала. Она долго сидела, задумавшись, словно что-то напряжённо пыталась вспомнить, потом вдруг неожиданно взглянула на Андрея и произнесла – «На планете уже вовсю свирепствовал «Красный вирус», когда у них родилась вторая девочка. Это была моя пра-пра-пра-бабушка.