Чуть помолчав, она ответила:

— Хокаге сказал, что я буду формально состоять в АНБУ, но не буду получать их довольствие и не буду иметь доступ к их базе.

Я озадачился. И что этот старик учудил? Она что, должна стать моей содержанкой? Может у Хирузена маразм на старости нарисовался?

Помассировав пальцами правый висок, я решил, что все не так и плохо. Анко вон полгода делила со мной тягости, а чтобы не стеснять меня даже устроилась к Иноичи. Может, устроить синевласку тоже в магазин?

Вообще все будет зависеть от того что скажет завтра Хирузен насчет денежного вознаграждения за каждое воскрешение…

Я-то уже знаю, что буду просить сумму не ниже пяти тысяч ре за раз, ну, а там — можно начать с двадцати тысяч. Вообще я что-то начал воздушные замки строить. Вот придет старик и скажет: «Тысячу и доступ в библиотеку…» И придется же утереться и согласится. Хотя, может, Иноичи надавит?

Тем временем мы подошли к дому главы нашего клана.

Я остановился перед калиткой и, вздохнув, надавил на звонок.

Спустя минуту послышался приближающийся звук шагов и дверь открыл один из наемных работников Иноичи. Я немного напрягся, вспоминая его имя. Причиной в этом было то, что пересекался я с ним редко, да и за работой мне было некогда болтать — часть моего сознания занималась разбором содержащейся в моей памяти информации. А вот Анко наладила с ним контакт.

Невысокий черноволосый хорошо развитый паренек в футболке ужасной расцветки красного с зелено-синим.

Я произнес:

— Здравствуй, Иошихиро.

Он немного напряженно покосился на Орлицу за моим правым плечом и спросил:

— Привет, Акио-кун. Ты к кому?

— Иноичи-сан дома?

Он посторонился, пропуская нас:

— Вообще-то нет. Может, пройдете и спросите у Хидеко-сан?

Пару секунд я обдумывал возможность отправиться на базу АНБУ, а потом согласился с предложением Иошихиро.

Парень закрыл за нами калитку и повел к дому.