А Сашка отправилась сдавать документы на филологию. Одна. Мама хотела идти с ней, но Сашка отбрыкалась.
Зацветала липа. Накрапывал дождик. Сашка шла и улыбалась. В этом году моря не видать, как своих ушей, ну и пусть. Если не поступит с первого раза… неприятно об этом думать, но мало ли… Устроится где-нибудь секретаршей. Хоть на той же кафедре. Поработает, познакомится с людьми… Вырвется из этого проклятого круга — конспект, уроки, конспект…
— Саша!
Она обернулась, все еще улыбаясь. Человек в темных очках сидел на скамейке, мимо которой она только что в рассеянности прошла. Будто отражая ее улыбку, он растянул губы и приглашающе похлопал по скамейке рядом с собой.
Сашка подошла и села. Положила сумку на колени.
— Как рука? — небрежно спросил ее собеседник.
— Хорошо.
В мокрой липе над их головами возились воробьи. Чирикали, оглушая.
— Сколько у тебя монет?
— Четыреста семьдесят две, — ответила она, не задумываясь.
— Ты набрала проходной балл.
— Я пока не сдавала никаких экзаменов…
— Сдавала-сдавала, — он снова усмехнулся. — Держи.
И протянул ей рыжеватую бумажку, напечатанную типографским способом. Имя и фамилия Сашки были вбиты на пишущей машинке.