– Ольяду! – окликнула мэр.

Мальчик повернулся, заметил их, помахал рукой, потом торопливо застегнул штаны и отправился будить остальных, спавших в высокой траве. Босквинья и епископ открыли ворота и вышли им навстречу.

– Глупо, не правда ли? – сказала Босквинья. – Но именно теперь я поняла, что мы восстали по-настоящему. Когда мы с вами вышли за ограду.

– Почему они провели эту ночь на склоне? – поинтересовался епископ Перегрино. – Ворота были открыты, они могли спокойно отправиться домой.

Босквинья быстрым взглядом обвела приближающуюся группу. Кванда и Эла идут рука об руку, как и следует сестрам. Ольяду и Квим. Новинья. И – вот он где, да, Голос неподвижно сидит на земле. Новинья рядом с ним. Стоит положив руки ему на плечи. Все смотрят выжидающе, ничего не говорят. Наконец Голос поднял голову:

– Мы заключили договор. Хороший договор.

Новинья протянула им что-то завернутое в листья:

– Они записали все. Вы должны подписать.

Босквинья взяла у нее пакет.

– Все файлы восстановлены еще до полуночи, – сказала она. – Причем не только те, что мы успели спасти, отправив в качестве посланий. Кем бы ни был ваш друг, Голос, он здорово работает.

– Это она, – ответил Эндер. – Ее зовут Джейн.

Теперь епископ и Босквинья наконец увидели то, что лежало на небольшой, расчищенной от травы площадке, чуть ниже по склону. Теперь они поняли, что значат темные полосы на руках Голоса, темные пятна – брызги – на его лице.

– Я бы предпочла обойтись без договора, – начала Босквинья, – чем получить соглашение, ради которого вам пришлось убивать.

– Вы слишком поспешно судите, – остановил ее епископ Перегрино. – Похоже, сегодня ночью произошло нечто большее, чем мы способны увидеть с первого взгляда.

– Вы очень мудры, отец Перегрино, – тихо сказал Голос.

– Я могу объяснить вам, если хотите, – вступила Кванда. – Мы с Элой все видели и поняли.

– Это было как Святое причастие, – добавил Ольяду.

Босквинья непонимающе уставилась на Новинью:

– Вы позволили ему смотреть?

Ольяду постучал по своим глазам: