До цели было уже недалеко, и Тринадцатый остановился, выглядывая из-за угла. Президентский квартал был набит модами. Очень интересно. Он отправил мышонку мысленный образ, и серая пластина мгновенно умчалась вперёд. Заполнившие улицу оранжевые фигуры задрали головы вверх, неуклюже тыкая излучателями в воздух, но угнаться взглядом за стремительными ускорениями летучей мыши было невозможно. Момент был удобным. Тринадцатый с силой метнул в оранжевую толпу одну за другой две гранаты и нырнул обратно за угол. Грохот двух взрывов, раздирающих на куски пространство, слился в один. Майор рванулся вперёд, пользуясь замешательством противника, и дал длинную очередь, горизонтальным веером на уровне груди густо перечеркивая улицу от стены до стены. Сквозь заполнивший воздух дым отовсюду раздавались крики боли и стоны раненых. Кое-где впереди вспыхивали полупрозрачные сферы запоздало поставленных энергощитов. Тринадцатый забросил автомат за спину и взялся за шероховатые рукоятки пистолетов.

К пятиэтажному президентскому дворцу он вышел через полчаса. За первыми же воротами его ждали. Майор приблизился к ним метра на три, как обшитые пластиком металлические створы брызнули во все стороны под пришедшим изнутри залпом. Замерцал энергощит, поглощая смертоносную энергию, и Тринадцатый резким броском отправил в дымящийся зев входа термобарическую гранату, чёрной лепешкой вжимаясь в поверхность дорожного покрытия. Звук разрыва был оглушителен даже через систему шумопонижения гермошлема. Если бы в современных домах были обычные окна, то весь квартал сейчас бы остался без стекол. Но окна давно уже выполнялись из стеклокерамики, выдерживающей огромные нагрузки, и от этого действие гранаты становилось ещё более разрушительным.

Грохот взрыва ещё не затих, а майор уже был внутри здания. Датчики бронекомбинезона показывали отсутствие кислорода, всё вокруг было разворочено огромным давлением и обожжено запредельной температурой вспышки. Сопротивления не было. Тринадцатый вывел на лицевой щиток схему дворца и быстро двинулся вперёд, обходя искорёженные обломки конструкций, торчащие в полумраке потерявшего освещение помещения. Мимо мелькнула серая молния, излучая намерение отыскать и поразить врага. Похоже, кислородное голодание мышонка не касалось.

Третий этаж пострадал слабо и сохранил освещение. Не имея возможности включить щит в узких коридорах, моды бросались на майора целыми толпами, беспорядочно выжигая излучателями всё вокруг. Тринадцатый уходил от огня нижней акробатикой и вёл огонь с двух рук, двигаясь, словно живой смерч. Этаж быстро превращался в руины, в некоторых местах потолочные перекрытия не выдерживали и прогибались вниз, лишившись несущих опор. В одну из таких дыр в потолке майор метнул вторую гранату, приказав мышонку убраться как можно дальше. Здание дрогнуло и потонуло в чудовищном грохоте взрыва, скрежете лопающихся переборок и треска вспыхивающего оборудования и мебели. Освещение погасло, и бронекомбинезон автоматически перешёл в режим ночного видения. Пора искать уцелевшую лестницу и подниматься выше.