И прежде чем его глаза навсегда застыли, Арториус увидел, как невысокое хилое тельце с отвисшим брюшком неуклюже шарит поднятыми вверх руками, пытаясь найти у себя отсутствующую голову.

Тусклая осветительная панель снова мигнула, и Мэг поморщилась. Не хватало ещё, чтобы эти упыри отключили свет. Придётся доживать свои последние дни в темноте. Девушка подобрала под себя ноги, пытаясь хоть как-то устроиться на холодном металлическом полу камеры. Некогда достаточно большое помещение сейчас было до отказа заполнено приговорёнными к морализации людьми. Кроватей не было, и заключённые лежали прямо на полу, тесно прижавшись друг к другу. Спёртый дыханием десятков приговорённых воздух душной тяжестью давил на лёгкие, смешиваясь с вонью отхожего места, насквозь пропитавшей одежду. Сортир представлял собой дырку в полу, расположенную в одном из углов камеры. Мэг скривилась. В первые дни туда была нескончаемая очередь, и отхожее место быстро забивалось фекалиями, растекающимися вокруг. Чистили его раз в сутки. Одновременно с кормёжкой. Обычно двери камеры открывались, внутрь входила пара модов, за которыми такие же арестанты вкатывали автоплатформу с унитарными порциями. При появлении модов надо было вскакивать и выстраиваться шеренгами вдоль стен, положив руки на голову. И делать это надо было очень быстро, тех, кто не успевал вовремя, моды долго пинали в отхожем углу, катая ударами ног по разлитым испражнениям.

Пока охрана развлекалась, один из пришедших с автоплатформой людей, с ёмкостью дезинфектора за спиной, окатывал сортир и пол вокруг него чистящим составом, который уничтожал фекалии, одновременно пробивая засорённый сток. Состав стекал под уклоном в дыру сортира, и уборка на этом заканчивалась. В это время двое других торопливо бегали от платформы к шеренгам, всовывая в руки каждому маленький стакан унитарной порции. Находившийся в нем пищевой раствор полагалось выпить, быстро съесть стаканчик и положить руки обратно на голову. Если во время приёма пищи проявить нерасторопность, то можно было запросто угодить в отхожий угол под оранжевые ботинки модов.

От одноразового питания очередь в сортир быстро убавилась, а к исходу первой недели пропала полностью. Отхожее место перестало засоряться, но не перестало вонять, и Мэг временами казалось, что этот смрад навсегда въелся в её кожу. Я буду очень вонючим модом, злорадно думала она в такие минуты. Поначалу она хотела отказаться от еды и умереть от голода, это казалось ей гораздо лучшим выходом из камеры, чем кресло морализационного центра. Но очень быстро выяснилось, что голодающих забирают вне очереди, и она отказалась от своего плана. Становиться бездушной куклой раньше времени совсем не хотелось. Зато стала очень стройной, подбадривала себя Мэг, хоть сейчас на обложку «Космо». Она представила заголовки: «Первая красавица тюремных камер Мэг Ранш делится своими секретами стройной фигуры».