Перевес в численности гоблинов уменьшался с ужасающей быстротой. Буквально в следующие несколько мгновений было заколото ещё три дикаря, один упал с проломленным виском, не выдержав соприкосновение с гардой шпаги, ещё один подставился своим собственным соратникам, что закончилось для него проткнутой грудью. В кустах раздавалось подвывание ещё нескольких коротышек от повреждений разной степени тяжести. Оставшиеся семь–восемь гоблинов предпочли быстрый бег в разные стороны по пересечённой местности перспективе дальнейшего продолжения знакомства со шпагой воительницы. Впрочем, их поведение было вполне предсказуемо, гоблины частенько драпали при подобных обстоятельствах, справедливо полагая, что если вернуться через некоторое время, когда разойдутся противники, то заготовленного мяса из своих же товарищей должно хватить на всех оставшихся в живых с лихвой.

Проводив драпающих коротышек взглядом, Кира подняла голову. Человеком оказался молодой парень, довольно крепкого телосложения, который за время боя успел забраться на ветку, с которой его сбили гоблины, и теперь сидел у самого ствола, с тоской взирая на далёкую землю.

Глава 57. Кердана. Вася. Первые сутки второго пришествия

Глава 57. Кердана. Вася. Первые сутки второго пришествия

Резкая боль пронзила тело Василия, и земля ушла из–под его ног. Мир померк и разлетелся на тысячу осколков, погрузив угасающее сознание в непроглядный мрак небытия.

Очнулся он от ощущения падения, по лицу хлестали жёсткие ветви. Инстинктивно Василий ухватился за подвернувшуюся ветку, но скорость падения была слишком велика. Кожу обожгло трением о кору, руку сильно дёрнуло, но тем ни менее эта ветка значительно смягчила удар в следующее мгновение. От удара его дыхание спёрло. Потемнело в глазах. Василий умудрился не отпустить ветку, и это чудом удержало его от дальнейшего продвижения вниз. Восстановив дыхание, он огляделся и зажмурился. Он лежал на очень толстой, в несколько обхватов ветке гигантского дерева очень высоко от земли. Причём, лежал он совершенно голый.

На грани сознания мелькнула мысль о смерти, автоматчиках, Нине, но перед лицом новых трудностей предаваться размышлениям над глобальными проблемами было не досуг. Гораздо более остро стояли проблемы, требующие сиюминутного решения. Вася осторожно попытался оглядеться: дерево было весьма раскидистым, но слишком уж большим.

Спуск оказался весьма продолжительным и очень утомительным. Иногда приходилось спрыгивать с двух–трёхметровой высоты на низлежащую ветку, иногда карабкаться, держась за мелкие, не внушающие никакого доверия сучки. Через несколько часов спуск почти закончился. Во всяком случае, пребывая совершенно исцарапанным, Васе удалось оценить бесперспективность предшествующих трудов. Под ним находилось ещё несколько ярусов ветвей, но открывшаяся картина свидетельствовала, что от самой нижней ветки было не менее десяти–пятнадцати метров до земли. Голый ствол гиганта был столь широк, что не оставлял никакой надежды на спуск.