– Я не голоден, а чай выпью с удовольствием.

Она удивлённо пожала плечами и направилась к дому.

С некоторых пор Антон практически не употреблял органическую пищу, делая редкие исключения лишь для того, чтобы не особенно выделяться. Через возрожденный канал жизни его питало само огненное пространство, недостаток же белковой массы восполнялся трансформированной энергией, которая уплотняясь, поддерживала клеточный объём физического тела.

«Всё верно, Лана, ты прекрасная хозяйка и необыкновенная женщина, но твоя жизнь сложится не так, как ты этого желаешь, хотя и с пользой для твоего будущего», – подумал он.

Раскатов нарубил дрова для мангала и аккуратно сложил их рядом с поленницей.

– Антон! – раздался из окна дома голос Старицкой. – Если хочешь, можно поужинать в беседке. Ты меня слышишь?

– Да, Лана, я согласен, давай помогу!

– Неси! – крикнула она, подавая через окно на подносе закуски и вино.

Они расположились возле небольшого столика в беседке на плетеных стульчиках. Раскатов сделал глоток обжигающего чая и залюбовался растянувшимся вдали Ильменским хребтом.

– Я не понимаю, как ты можешь без еды. Хотя бы немножко попробуй, я же старалась для тебя.

– Ланочка, милая, я не голоден.

– Как знаешь, – обиженно поджала губы женщина.

– Не обижайся, – улыбнулся Антон, подсаживаясь к ней, – я очень ценю твою заботу и поверь, мне приятно её ощущать.

– Правда?

– Очень, – произнёс Раскатов, целуя её в розовое ушко.

Лана поставила бокал с вином на стол и прижалась к нему.

– Как ты узнал о моём желании? – тихо спросила она.

– О каком?

– Ну, о кресле-качалке, пледе и любимом вине.

– Это не мудрено.