Смущение, оказалось, испытывала и Леита. Она стояла напротив меня и не знала, куда спрятать свой немного испуганный взгляд. Девушка была так прелестна в своём смущении, что я стал чувствовать — меня опять затягивает, ещё мгновение — и я вновь выпаду из реальности.

Поэтому я постарался встряхнуться и вспомнить: а зачем вообще пришёл сюда?

«Так, кают-компания, приятный запах еды. Завтрак. Разговор. Да, тяжело придётся мне жить с таким вулканом под боком. Вернее, это я сам вулкан, а она его вызывает.

Или наоборот. Запутался. Главное — нужно как-то постараться не выпадать из реальности, когда она рядом. Хотя вчера мы вроде много времени вместе провели, а такого не было. Я ведь даже, когда она обнажённой была, воспринимал её более хладнокровно».

И я постарался восстановить в памяти те события, вспомнить все ощущения, чувства, мысли, которые бурлили у меня вчера. Ведь был момент, когда я воспринимал её как-то абсолютно естественно. И поэтому мог общаться с ней совершенно спокойно. Я по шагам начал разбирать именно этот момент и понял, что в те мгновения ощущал девушку как частицу себя, как нечто такое родное и жизненно необходимое, без чего бессмысленно моё существование. И при этом я чувствовал, что всё то восхищение, которое испытывал к ней, — вот оно, рядом, укутывает меня добрыми, трепетными и нежными чувствами по отношению к Леите, но стоит только потянуться к этому океану очарования, восторга и обожания, как в душе поднимется ураган чувств, и я утону в нём.

«Вот тогда-то я и могу выпасть из реальности», — понял я.

А потому практически сразу смог отделить ту бурю, что раскатами бурлила в глубине моей души, оставив после себя только ощущение единения с девушкой. И сразу на меня накатило чувство, вернее, даже осознание того, что всё так и должно быть, это правильно, я сделал верный шаг.

После этого мне стало намного проще. Я хоть и любовался ещё несколько мгновений Леитой для проверки получившегося результата, хоть и чувствовал её своей неотделимой частью, но не впадал в тот невменяемый ступор, что наступал в её присутствии.

Правда, появилось доселе неизвестное чувство. Моя. Я даже заметил, что пару раз в мыслях её так назвал.

«Как-то не так, мне кажется, должна была подействовать моя попытка ослабить её влияние», — засомневался я. Но дальше разбираться не стал, так как достиг приблизительно нужного для моего сосуществования с ней результата, а некоторые странности, которые при этом всплыли, объяснил игрой моего больного воображения.

Наконец я прервал затянувшееся молчание: