Ни на какую сообразительность в экстремальной ситуации это не тянуло. Дядечка расчетливо и нагло демонстрировал намерения. Крюгер, поглядев на записи, засомневался, так ли уж я неправа. Дядечка явно знал, что в здании убийцы, и так же явно отрезал им пути отхода. И сделал он это до начала перестрелки.

— Говорите, диверсант? — бормотал Крюгер. — Специалист? Похож, похож… Настоящая акула. Никакой, заметьте, суеты. Вот это хищник, это я понимаю…

Кажется, Крюгер даже испытывал охотничий азарт и своеобразную гордость — не каждый день приходится такого ловить. А я отметила, что дядечка не вызвал у Крюгера ровным счетом никакого отвращения. Интересно. В норме полицейские нутром чуют профессиональных убийц, и чем те опаснее и квалифицированнее, тем больше злятся на них. Могут отдавать должное их изобретательности, но все равно ненавидят. Ну понятно — такие бы способности да в мирных целях, он мог бы работать с нами, но встал на путь преступления… А вот дядечка не бесил Крюгера вовсе. Интересный тип. Надо будет…

Тут я сообразила, что надо делать. Надо побеспокоить мою университетскую подругу Мелви Сатис по прозвищу Справочная. Во время учебы Мелви знала буквально все светские новости во всех Четырех Университетах, могла дать исчерпывающую информацию по любому студенту. После окончания колледжа осталась работать в альма-матер, на кафедре инженерных средств, а попутно сменила Макса на посту президента ассоциации выпускников. И связи у Мелви были такие, что узнать она могла про кого угодно. Включая то, к чему ни у полиции, ни даже у федералов доступа быть не могло, — информацию из закрытых досье. Военную тайну ей, понятно, никто не выдаст, но досье часто закрывали из соображений личной безопасности человека. В первую очередь это касалось тактической разведки и спецразведки.

Пол Даймон вряд ли был рядовым. Скорее всего, офицер в невысоких чинах. И судя по его квалификации, он либо учился, либо проходил дополнительную подготовку в крупном военном колледже. Не исключено, что у нас. Конечно, Даймон не настоящий хоббит, но стажироваться на нашем факультете по какой-то узкой программе он мог вполне.

— Делла, а у него может быть чужой чип? — спросил Крюгер.

— Запросто.

— Нет, вы не поняли. Не грамотно составленный ярлык, а весь чип.

— Я об этом и говорю. Вряд ли у него с армейских времен сохранились фальшаки, проще утащить на память «зажигалку», чем запасной фальшивый чип. Но разве так трудно раздобыть? Стукнул кого-нибудь по затылку, снял и воткнул себе. Это, конечно, сугубо временное решение, но…