— Дура, — расхохотался я. Но это уже истеричное. — Ты дура, Ами. И я еще думал, что это у Мечника самомнение раздуто. Но даже если бы и так. Роркх тебя надул. Обвел вокруг пальца и использовал.

— Я стану Древней и… — в ее голосе впервые прорезалась сталь.

— Нет, — отрезал я. — Ты станешь монстром. Полудревним. Как и сотни других таких же, которым Роркх обещал что-то большее.

— Я открываю путь. Я сильнейший воин, стоящий у самого кристалла. Он не может так явно нарушить Договор о Войне.

— Он и не станет, — усмехнулся я. — Тебя надули. Древние сражаются против Роркха, а не за него. И выбирает их не Роркх, а Йорк. И он уже выбрал Гаро. Так что даже если твой план удастся, готовься. Капитан будет лупить тебя ремнем в каждом из миров бесконечное число раз.

— Ты лжешь, — произнесла она.

— Не лжет, — раздался громогласный голос Мечника. Что здесь со слышимостью вообще? — Нас всех призвал Йорк.

— Смотри, девчонка, — произнес Хохуро. — Смотри внимательно, к чему ты так стремишься. Смотри, как выглядит твоя награда.

Древняя мумия, опираясь на ленты, что прочнее стали, поднялась высоко в воздух. Так, что даже с нашего места его было хорошо видно. Хохуро медленно развел руки в стороны.

— Смотри, как выглядит твое бессмертие, тварь! — взревел он.

И с этими словами все его ленты разом распахнулись, расходясь в стороны широкими кольцами, обнажая то, что раньше скрывали и оберегали.

В небе высоко над нами, растянутый за одни только руки, висел Хохуро. Могучий Древний, что убивал любого, кто посмеет даже косо на него посмотреть. Царь-Бог Утопающего В Песках.

Это была даже не мумия, не скелет. В воздухе висели останки, некогда бывшие человеком. Тощее, сморщенное тело, обтянутое пергаментной кожей, покрытой черными пятнами. Даже кости иссохлись и истончились. По всему телу Хохуро расползались гнойники, не было глаз в пустых провалах, а оставшийся слой кожи и мяса просвечивал насквозь.

Ничего общего с величественной фигурой в бело-золотом плаще, которую я видел, когда Царь-Бог на короткий срок вернул былую силу.

Казалось, что тощее тело, висящее на двух лентах вот-вот развалится без поддержки. И в этот момент я понял, что повязки не просто поддерживали подобие жизни в Древнем. Судя по габаритам, они были намотаны в несколько слоев, образуя прочный каркас.

Хохуро уже давно не был человеком. Это были останки, закованные в надежный доспех, придающий ему форму человеческого тела.

Через мгновение ленты стянулись, бережно поддерживая своего хозяина. Они тугими кольцами принялись оплетать его тело, не давая тому рассыпаться.