— Придурок. Я говорил, что раньше маги жили не больше пяти лет. Но сейчас возможности другие. Мы научились продлевать срок жизни с даром и не дать магу выгореть. Ты бы дослушал сначала, прежде чем выводы делать. Это раньше было без вариантов. И то, что я тебе про Машку рассказал — было правдой. Но сейчас, сейчас есть шанс и возможность жить долго и счастливо. Спроси у Петровича. Ты думаешь, зачем у тебя дар в лаборатории и со свидетелями тащили, зачем все датчики и приборы были? Как раз именно затем чтобы правильно понять как именно распределить энергию твоей ауры. Чтоб ты в один прекрасный день не спекся. А ты, услышав старый ужастик, сделал неправильные выводы и начал чудить…Ты почему раньше у меня не спросил?

— Мне страшно было. Я когда услышал что пять лет- испугался. Мало того что не как нормальный человек живу с этим даром, а тут еще и жить особо некогда получается…Так обидно стало…

Второй покрутил пальцем у виска, хмыкнул. Взял со стола недопитый стакан с виски- протянул его мне.

— Говорю же, дурень. Пей, тебе действительно надо. Не химией же тебя травить.

— Можно? — я вцепляюсь в стакан обеими руками. Мне действительно выпить охота. Я ж как настоящий дурак, такого себе в голове напридумывал.

Две недели назад Второй отвез меня к себе на квартиру. На бывшую квартиру. И показал кусочек своей прежней жизни. И рассказал свою историю. В тот числе про Машку. Я смотрел фотографии, я четко представил себе худенькую маленькую девчонку, которая неожиданно, по какой-то странной прихоти вселенной, стала магом. Которая сначала не знала как ей жить с даром, а потом не понимала почему с даром она должна умереть. Было тоскливо. Мне не сильно хотелось копаться в грудах старого грязного белья. Но Второму нужна была помощь. Отказать ему я не мог. Тем более от меня не требовалось ни жизнь отдать, ни даже просто здоровье потратить. Всего лишь помочь с выводами.

Вопрос был вот в чем.

Вернее в ком. В ребенке. Нет. Не Второго. Ребенке той самой Машки. Второй боялся, что мальчик начал светиться. Ему позвонил настоящий отец и сказал что происходит что-то странное и непонятное. Но кроме мага разобраться в происходящем не мог бы никто.

— Прилипалы? — спросил я у Второго.

— Не знаю. Мне очень туманно обо всем говорят. Гальцев с Конторой связываться не хочет. Он и Петрович очень сильно поцапались два года назад. Собственно после этого Никита и уехал из города. Я пару раз приезжал к нему в гости, но…Короче, меня видеть он не хотел. Он считал, что во всех его неприятностях виноват я — и в том, что случилось с Машкой и в последующей не сложившейся карьере.