Меч надулся или принялся обдумывать очередную колкость. Неважно. Не мешал – уже хорошо.

– Интересное имя – Узник, – осторожно вставила я. – А это кличка или фамилия такая?

– Род занятий на ближайшие триста лет, – хрипло рассмеялся собеседник, не лишенный самоиронии.

– Ой, Вика! Похоже, он прямо за той дверью? – Одна лапка котика ткнула в сторону двери камеры, вторая невольно потянулась к шишкам, оставленным решеткой.

Это я уже и сама поняла. Теперь, когда налет мистицизма развеялся и нам ничего не угрожало, меня раздирали сразу два чувства: первое – просто до кончика хвоста было обидно за свой постыдный страх и малодушные метания в поисках выхода, второе – облегчение, драться не придется, магических кругов чертить тоже, и это радовало.

– Нет. Мое имя звучит иначе, но сомневаюсь, что человеческий язык сумеет его воспроизвести.

– Я буду очень стараться, – клятвенно заверила я.

Нет, я не собиралась знакомиться со всеми узниками замковой тюрьмы, чтобы потом при случае с небрежностью ввернуть в ходе светской беседы что-нибудь эдакое: «А! Это такой-то?.. Помнится, встречались мы с ним однажды в году таком-то, в местах лишения свободы. И скажу вам по секрету: там он вовсе не выглядел таким снобом». Но имя собеседника предпочитаю знать. Если тебе не желают представиться, это наводит на определенные мысли. Невольно задаешься вопросом: к чему такая секретность? Да и обращаться к собеседнику «эй!» просто неприлично.

– Вы не просто красивая леди, но и умная. Редкое сочетание, – заявили в ответ. – Хорошо. Мое имя…

Тут он назвал такое сочетание звуков, что ни в сказке сказать, ни пером описать, а воспроизвести можно только с риском вывиха языка.

– Ничего себе! – удивленно присвистнул Васька, почесывая лапой затылок. – Трудновато, наверное, жить с таким имечком.

– Там, откуда я родом, считается, что чем труднее произнести имя, тем проще жить.

– О! Так вы не местный! – всплеснул лапами кот, будто это все объясняло.

Лично мне было до смерти интересно, где же проживает народ с такими длинными именами и почему чем оно заковыристей, тем лучше. Стоп. Так он меня еще и видит? Или просто ездит по ушам, типа, если женщину назовешь красавицей, даже если это не так, ей приятно станет.

– Виктория, ты просто растешь в моих глазах! Обычно логика для тебя не существует, а тут такая прозорливость.

«Что ты имеешь в виду?»

– Ну как же. Ты быстро смекнула, что вы друг друга не видите и соответственно о внешности друг друга не имеете никакого понятия. А если тебе при этом расточают комплименты, значит, хотят попросить о чем-то, что, скорее всего, вызовет у тебя негатив.