Дальнейшее было делом техники. Ухватив рыбину за основание спинного плавника, я с гордо поднятой (от усилий) головой проследовал на кухню, где и занялся дегустацией трофея. Это — моя добыча, и я имел право на лучший кусок. Первым делом следовало заняться рыбьей головой. Она была свежей и сочной, но сильно пахла тиной и моим гастрономическим запросам не удовлетворяла. Я верен своим принципам и как и прежде предпочитаю паштет из гусиной печенки.

Скромность — добродетель великих. Я оставил почти обезглавленное тело на полу под раковиной и удалился в коридор, где с моего любимого кресла открывался отличный вид на происходящее в кухне. Гордость и чувство хорошо выполненного долга наполнили тело приятным умиротворением, и я спокойно задремал в предвкушении похвалы.

И вот из-за входной двери послышался звонкий цокот тонюсеньких каблучков вернувшейся из института Лены. Через минуту ключ врезался в замочную скважину, и тонкая фигурка изящно впорхнула в полуоткрытый дверной проем. Если к двуногим вообще можно применять слово «грация», то относится оно, пожалуй, только к Лене. Она — единственный обитатель моего дома, который двигается настолько стремительно, что не дает мне возможности проскользнуть между ее стройными ножками на лестничную площадку. Как всегда, она ожидала от меня радостной встречи и проявления по-мужски сдержанных нежных чувств. Но я хотел насладиться своим сюрпризом в полной мере и не стал выходить к ней, чтобы радость от созерцания добытой мною пищи сделалась для нее еще неожиданнее. Я притворился спящим и даже не замурлыкал в момент причитавшегося мне почесывания за ухом. Только стальная выдержка помогала контролировать эмоции — меня буквально трясло от предвкушения грядущей неожиданности — Лена будет потрясена и раздавлена, ее должное уважение и любовь ко мне вырастут до небес! Сдерживать нервную дрожь было практически невозможно, но я взял себя в лапы и не шевелился. Волевому усилию не подчинился лишь кончик хвоста. Выйдя из ванной, Лена направилась в кухню. Меня прямо-таки распирало от гордости — навострив уши, я весь превратился в счастливое ожидание!

Гром прогремел среди ясного неба. Вместо восторженных восклицаний из кухни послышался горестный вздох. Через секунду Лена обратилась ко мне с укоризненной тирадой, из которой явно следовало, что смысл происшедшего дошел до нее, мягко говоря, не в полной мере. Признаться, я даже не сразу разобрался, в чем дело. Оказывается, она решила, что я похитил из кухонной раковины рыбу, которую мама с утра оставила там размораживаться для приготовления на ужин!!! Глупое дитя, что с нее возьмешь!.. Первый удар я перенес стоически, но по мере погружения в ситуацию я все больше расстраивался. Становилось ясно, что Лена считает, будто я способен только на мелкое жульничество, тогда как серьезное дело — умыкнуть добычу из-под самого носа соседнего двуногого дебила — с ее точки зрения, мне не по зубам! Какого же, в таком случае, мнения обо мне она придерживается?