Филипп Ирнеев слушал ученика очень внимательно, задавал наводящие вопросы, подбрасывал уместные реплики и замечания.

Под конец вспомнили они о средневековом зодчестве, об изобразительном искусстве, изящной словесности и музыке барокко. Не позабыли о Лопе де Вега, Кальдероне, Сервантесе с Шекспиром, которые ничего античного в темные средние века не возрождали. Да и жили-то, без особой оглядки на древних творили свои новации те, кого облыжно записывают в возрожденцы, несколько позже Боккаччо и Макиавелли, являясь провозвестниками нового, просвещенного времени, когда пришла пора осваивать и усваивать все благоприобретенное милостью Божьей.

Во время внеурочных разговоров до появления к намеченному часу ожидаемых гостей рыцарь-инквизитор Филипп не прекращал сверхрационально исследовать мальчика, предрекая ему ближайшее будущее, начавшееся в отдаленном прошлом:

«…Объект Иван Рульников крещен в православии в греко-византийской обрядности достойным протоиереем Феофаном. Вероисповедание русское православное. Образование начальное…

Однозначно потенциальный харизматик старшего поколения. Склонен прорицать историю.

Рекомендуемая орденская спецификация — поисковик-дознаватель…

Перед рукоположением подлежит обязательной катехизации и предварительному ограничению контактов с мирскими родителями…

По-видимому, оптимального возраста транспозиции харизмы достигнет к 12–14 годам в секулярной психофизиологии…»

С виду хрупкая и тоненькая блондинка Вика, с кем их легко познакомил Филипп Ирнеев, произвела на Ваню и Гореваныча отрадное впечатление. Держалась она скромно, чуть ли не стеснительно, одета в просторную безразмерную футболку и джинсы-галифе.

Первый вознамерился сравнить ее физические данные с Настей Ирнеевой на татами в школе выживания сэнсэя Тендо. Второй же заранее взялся прикидывать, чего стоит новая знакомая Фильки Ирнеева, если у этой застенчивой девушки в кроссовках запястья толще, чем щиколотки.

«Занадта тоща и жилиста, от сладкого отчуралась. Дескать, режим…

У Фильки к ней чисто спортивный интерес. Поверим, но проверим, попозже. Шляхетная панна Анастасия просила присматривать за ее мужем…»

— 2-

— …Что в лобок, что по лбу, братец Фил. Моя наружка за ней приглядывает. Получилось самое оно, истинно бедлам в бардаке…

Несколько ранее дневного урока английского с Ваней рыцарь Филипп потчевал даму Веронику чаем и сахарными дрожжевыми плюшками, вполне остывшими, доведенными до мягкой, нежной, ароматной кондиции после экстренного выпекания в электрической печи с усиленным турбонаддувом.