Генерал привел себя в надлежащий вид – поправил форму и надел фуражку, слетевшую с головы во сне. Дворники все так же двигались туда-сюда по стеклу, давая некоторое подобие обзора лишь на короткое время, так что оставалось удивляться, как Санчо удается разглядеть дорогу в такую погоду. Остановка на ночь будет разумным решением, – убедил себя Пабло Матео. Краем глаза он вдруг заметил, как шофер бросает на него короткие взгляды в зеркало.

– Ты хотел что-то спросить?

– Простите? – изобразив непонимание, сказал старший сержант.

– Спрашивай.

Несколько секунд водитель колебался.

– Не знаю, имею ли я право интересоваться подобным… – приглушенно заговорил он, как будто кто-то мог его подслушать.

– Если нет, я тебе не отвечу.

Санчо помолчал еще некоторое время, видимо, подбирая слова.

– Днем я звонил отцу, интересовался за здоровье…

– Надеюсь, сеньор Сарридис в порядке?

– Отец в порядке, благодарю вас. Дело в другом… Сейчас у него гостит сеньор Гайо. Вернее сказать, гостил… Они дружат сравнительно недавно, с тех пор, как я поступил на службу, – уточнил Санчо. – Так вот, у сеньора Гайо есть брат, который живет в этом самом Санта-Креспо. И он рассказывал им… странные вещи… В том числе про полнолуние, сеньор генерал.

– На слушании во вторник поднимался вопрос об этой… заразе, – поведал Пабло Матео, предполагая, к чему ведет шофер. – Если всё само собой не уляжется, то к июлю особо рьяные фанатики и паникеры пойдут под суд в срочном порядке. Президент уже подписал приказ, и если фанатизм не утихнет, мы сами его успокоим.

– Это… хорошо, сеньор, но брат сеньора Гайо не фанатик. Он просто рассказал, что видел в городе.

– Что же он видел?

– Луну, сеньор. Полную луну. И говорил, что она не такая, как была раньше.

Пабло постучал пальцами по стеклу.

– Что ты видишь за окном, Санчо?

Шофер вгляделся в ночь.

– Дорогу, сеньор?

– И тебе ничего не мешает?