Болотный воробей!
Сердце Юмеко загрохотало в груди.
Коротко взглянув на шелковый плащ, она решила все-таки не брать его. Слишком уж он тяжелый и неудобный, да и в лесу будет бросаться в глаза. Надо бежать – и немедленно!
Юмеко еще раз выглянула в окошко – никого. Подтянувшись, она забралась на подоконник и мягко спрыгнула на землю. И куда теперь? Где Хотару? Вряд ли она стала бы дожидаться Юмеко прямо перед хижиной! Присев на корточки, Юмеко стала осторожно озираться вокруг. Должно быть, в хижине был приподнятый пол, потому что отсюда, снаружи, Юмеко не видела леса, окружавшего поляну. Со всех сторон была лишь густая высокая трава – Юмеко утонула в ней с головой. Может, Хотару за ней наблюдает и просто пойдет следом? Оставалось только надеяться.
Пригибаясь, Юмеко нырнула в желтовато-зеленые стебли. Слишком уж все легко, подумалось ей. Трава скрывала ее надежно, но это не успокаивало. Там, где спряталась она, могут затаиться и другие. Стук сердца громом отдавался в ушах. С какой же стороны донесся этот условный сигнал – крик болотной птицы? И тут Юмеко замерла.
Что, если это и был крик самой обычной птицы?
Юмеко зажала себе рот обеими руками, чтобы не расхохотаться.
Высокая трава впереди едва заметно дрогнула. Хотару двигалась плавно и ловко, почти не тревожа стеблей. В руке она держала какой-то тряпичный сверток.
– Тише, ты, жаба болотная! – прошипела она. – Тебя слышно на десять ри вокруг! Почему ты не дождалась сигнала? Я не успела собрать все, что нам понадобится. И где мой плащ?
Юмеко словно холодной водой окатило. При ярком свете дня белая пудра на лице Хотару казалась уже не такой воздушной, а скорее нарочитой и грубой. Морщины под глазами выдавали возраст – куда более почтенный, чем можно было предположить по голосу. И эти черные дуги вместо бровей были нарисованы слишком высоко. Юмеко только и могла, что таращиться на это лицо, изменившееся совсем не к лучшему.
– Плащ! – настойчиво повторила Хотару и встряхнула Юмеко за плечи.
– Я его оставила. Он слишком тяжелый.
– Дура! Они его увидят и поймут, что мы сбежали вместе!
– А разве они и так этого не поймут? – возразила Юмеко.
– Мы смогли бы выиграть время. Да что уж там! Словами делу не поможешь. Иди за мной. И чтоб ни звука!
Хотару скользила между стеблями травы легко, словно по воздуху. Юмеко заметила, что ноги у нее босые. И хотя Хотару прокладывала ей дорогу, Юмеко все равно ломилась сквозь траву неуклюже, как болотный бык. До сих пор она считала себя довольно ловкой, но сейчас каждая травинка отзывалась на ее движения шорохом, каждый листок под ногами – громким хрустом. Юмеко чувствовала, что Хотару чуть не лопается от раздражения. Верхушки стеблей медленно покачивались у них над головами. Сердце Юмеко бешено стучало в груди. Она лишь надеялась, что волшебные лисы устали за ночь и крепко спят. Тишина вокруг была такая густая, что хоть ножом режь. Как будто во всем мире остались только они вдвоем.