Но, как бы там ни было, а незначительное подтверждение того, о чем рассказывал Андрей, все же, существовало. Сам компьютерщик вряд ли смог бы добавить к уже сказанному что-нибудь новое. Да и не хотелось Диане пока что с ним разговаривать - еще не прошел осадок. Поэтому Чурсина решила выйти на человека, который послужил источником информации для самого Андрея - загадочного ростовского Гэндальфа...

Как ни странно, это очень быстро ей удалось. В сетевых архивах обнаружились сразу две заметки из "Вечернего Ростова", в которых фигурировало имя Алексея Лисовского, носившего прозвище Гэндальф. В одной из них говорилось о том, что этот человек был причастен к серии пожаров в студенческом общежитии. А вот вторая рассказывала о... трагической гибели Лисовского, который, как оказалось, был убит еще в две тысячи втором году.

Впрочем, этому факту Диана особого значения не придала. В конце концов, она слабо представляла себе, как будет его разыскивать - ведь ехать для этого в далекий непонятный Ростов Чурсина вовсе не намеревалась.

Но разве что-то мешало ей попробовать разыскать здесь, в Москве, человека, который также мог знать все это, и даже, возможно, больше?

Диана уже поняла, что запрещенные тексты, о которых рассказал Андрей, имели непосредственное отношение к черной магии. Среди ее друзей и знакомых было несколько человек, увлекавшихся эзотерикой, гаданием по Таро, приворотами и даже некромантией и сатанизмом. Обзвонив их всех, Диана узнала, что у нее есть вполне реальный шанс даже в современной Москве встретить человека, который однажды соприкоснулся с ужасными древними тайнами Востока...

Эдуард Корнилов, давний друг ее семьи, был практикующим психологом и психотерапевтом. В своей деятельности Эдуард Николаевич не ограничивался методами ортодоксальной науки. Он занимался также гипнозом и парапсихологией - именно это и ввело Корнилова в "фокусную группу", участников которой опрашивала Диана.

Но нужным ей человеком оказался не сам доктор, а один из его пациентов.

- Вряд ли я смогу тебе чем-либо помочь, - сказал Эдуард Николаевич, выслушав ее путаные объяснения. - Но, кажется, я знаю кое-кого, кто сможет. Давай поступим вот как: я поговорю с этим парнем, и если он даст свое согласие, я вас сведу.

Как впоследствии выяснилось, "парень" оказался вполне себе взрослым мужиком в промежутке от "сильно за тридцать" до "чуть за сорок". Впрочем, для шестидесятипятилетнего Эдуарда Корнилова он, конечно, не мог быть никем иным, кроме как "парнем".

- Он проходит у меня курс психологической реабилитации, - сказал Корнилов, когда позвонил ей, чтобы сообщить, что пациент согласился на встречу. - Уже несколько лет. Единственный, кто задержался так надолго. Не сказать, что я плохой специалист, но... случай Романа уж очень сложный. Кстати, это у него началось как раз после посещения одной восточной страны. Он, правда, вовсе не в отпуск ездил туда. Впрочем, подробности Рома сам расскажет тебе при встрече. Записывай телефон...