Проблема только в том, что я не в Авилусе и не в Сионе, где идеалы женской и мужской красоты не отличаются. Я в Эртразе, и тут, если девушка (или даже не совсем девушка) одевается соблазнительно, это значит, что она хочет привлечь внимание мужчин. А если это еще и асинайка, то однозначно понятно, с какой целью. Поэтому надо бы одеться поскромнее, иначе меня начнут домогаться прямо на улице. И боюсь, в этом случае я могу кого-то случайно убить.

Белое платье из паучьего шелка я сразу аккуратно взял и повесил в шкаф. В этом я точно ходить не смогу. Во-первых, оно слишком легкое и открытое, а во-вторых, пускай паучий шелк порвать не так-то просто, но одна мысль, что на мне одежда, стоимостью в несколько тысяч люминов, способна свести с ума. Немного повыбивав, я остановился на темной клетчатой юбке до средины бедра и светло-бежевой блузке в цветочек. Юбку, конечно, хотелось бы подлиннее, но таких у бабушки просто нет. Я подошел к большому зеркалу и приложил к себе одежду, оценивая образ. Из отражения смотрела слегка бледноватая и неуверенная Элисса. Я состроил сам себе глазки. Пожалуй, еще чулочков не хватает.

Я плюхнулся обратно на кровать и наткнулся на взгляд Лейн, которая сидела на полу там же где и до этого. Она подперла лицо рукой, и неотрывно смотрела на меня, не выражая никаких эмоций. Я немного смутился и отвел взгляд. Захотелось сказать что-то в своё оправдание, но все пришедшие на ум фразы были на редкость дурацкими. Поэтому немного подумав, я промолчал. И вообще, перед кем я собираюсь оправдываться? Перед демоном, который чхать хотел на людей и их мораль, или перед собой? Я тяжело вздохнул. Привыкай Инаэль, тебе это ещё два года терпеть.

Постаравшись выбросить из головы пялящегося демона, я вернулся к выбору чулочков, и остановился на черненьких с поясом и трусикам им под цвет. Надев это всё, я вытянул ногу, любуясь. И правда, миленько. Обычно девушкам приходится постоянно брить ноги, но у меня волос на теле вообще нет. Лет в тринадцать начинали расти в паху и под мышками, но Элиссе они не понравились, и с тех пор больше не растут нигде, кроме головы. Я поневоле вспомнил слова Кэйтана. Интересно, а насколько сильно, на самом деле, Элисса изменила мое тело? Не то чтобы это меня сильно беспокоило, скорее просто любопытно.

Я переоделся и снова посмотрел в зеркало. Идеально, осталось только расчесаться. К счастью, косметику асинаи не используют, предпочитая естественную красоту. Впрочем, с их-то магией это и не удивительно. Им не нужно маскировать недостатки своего лица, или наоборот, подчеркивать достоинства. Вообще, для асинаев, красящиеся униатки — это примерно как для униатов южные дикари, которые размалевывают лицо краской и наносят татуировки по всему телу, думая, что это красиво.