«Сейчас поймешь».

В моей руке из сгустка тьмы появился магический жезл. Он был зачарован самым обычным способом, без всяких кармилитов, и маны в нём было не так уж много на фоне всей той мощи, которая была использована в этом бою. Однако для меня он светился тем самым печально знакомым колючим светом и слегка обжигал руку.

«Он что, зачарован на экзорцизм?»

«Именно».

Такие жезлы довольно редки, из-за того что экзорцизм требует много маны, и она постоянно рассеивается в больших количествах. Жезл приходится все время подзаряжать, иначе он становится бесполезным. К тому же очень немного магов, способных на экзорцизм, одновременно владеют зачарованием на достаточном уровне. Но для Лейн это всё, естественно, не проблема.

Она направила жезл вперед и активировала его, ударив потоком света прямо сквозь собственный барьер. Он такого издевательства не выдержал и лопнул. В массе метаморфов образовалась большущая дыра, в центре которой вполне ясно чувствовалось человеческое тело. Я не мог видеть, что случилось в Денвелом, но я больше не чувствовал от него мары. Он рухнул в лаву с противным шипящим звуком, и я почувствовал, как его тело сгорает, однако великий маг даже не вскрикнул.

«Подлети к нему».

Оставшиеся метаморфы застыли, не пытаясь атаковать или как-то помочь Денвелу, и я свободно к нему подлетел. Его сердце ещё билось, а мозг был жив, но серая мара, которая связывала и питала все наложенные заклинания, исчезла. Без неё его тело было в таком состоянии, что он умер бы за минуту и без лавы или вмешательства Лейн. Когда я приблизился вплотную, Денвел Аред прошептал из последних сил:

— Сохрани мир…

В следующее мгновение его голову пронзил черный клинок.

Увидев его смерть, я немного растерялся и подумал, обращаясь к Лейн.

«Всё… кончено?»

«Да».

«Уверена? Он ведь прожил незнамо-сколько и сам использовал черную мару. Его точно можно так просто ей убить?»

«Его душа отличалась от человеческой, но сейчас она разрушена, как и тело. Осталось найти выход и разобраться с этими существами. Перенаправь тепло с пола на обвалившийся потолок. Расплавь камень, чтобы открыть все проходы».

«Э-э-э… у меня столько маны нет».

«Сейчас будет».

Вокруг меня растеклась черная мара, и метаморфы, словно опомнившись, попытались сначала атаковать, а потом и вовсе сбежать. Однако теперь, когда Денвела больше не было, Лейн могла вплотную ими заняться, и у них просто не было никаких шансов. Как они ни меняли форму, вырваться из мертвой хватки Лейн они не могли.

Я сплел заклинание, которое перекачивало тепло, и продолжая висеть в воздухе, быстро охладил пол, раскалив при этом обвалившийся потолок в местах, где были проходы. Мана метаморфов текла сквозь меня настоящим потоком, и я, не ограничивая себя, вливал её в заклинания. Однако хотя это и было немного похоже на миурисан цирон, но это был просто поток энергии, и излечить внутренние повреждения он не мог. В конце концов, когда поток маны от метаморфов начал иссякать, я рассеял тепло по всему объему, который чувствовал. Камни вокруг нагрелись, но зато лавы не осталось совсем. Все метаморфы растеклись серой жижей, а обгоревший труп Денвела Ареда так и остался лежать, наполовину вплавленный в камень.