Тангу на слова орчихи никак не отреагировала.

— Хорошо, Гогзу. А что насчёт второй твоей спутницы?

— Странная она. Никогда не видела, чтобы кого-то столько трахали и это ничем плохим не закончилось. Если честно, я вообще не видела, чтобы кого-то столько трахали… У меня нет идей, кто она такая. Сначала я хотела познакомиться с ней поближе, но после того, как увидела её магию призыва передумала. Ну нахер, как только выберусь отсюда — свалю с максимально возможной скоростью куда подальше. Не люблю магов, использующих всякую жуткую непонятную херотень, они обычно оказываются психованными. Если эта их жуткая непонятная херотень ещё и мощная — вообще пиздец. А ещё Виктория очень хорошо маскируется под слабачку. Реально сильных людей всегда выдают повадки, особенно магов. А Виктория… Больше недели за ней наблюдала и ни за что бы не подумала, что от неё стоит ждать какой-то угрозы. Даже при том, что она свои щупальца призывала в особняке. В общем, магичка, призывающая жуткую и очень сильную хрень, да ещё и маскирующаяся под обычного человека лучше, чем ассасин на службе у правителя страны — это настолько гремучая смесь, что я не хочу с ней никакого дела иметь.

— Моё сердце разбито, — томно сказала Виктория.

— Хорошо, Гогзу, — вновь заговорил обелиск, — Ты была честна… Теперь Тангулиэ. Тот же вопрос. Что ты думаешь о своих товарищах?

— Я… — женщина замялась, — Я думаю, что как только мы выберемся отсюда, Гогзу следует казнить. Или хотя бы поместить под стражу. У обладательницы её навыков нет ни единой причины работать простой служанкой провинциального чиновника… Но очень много потенциальных причин притворяться таковой. Я считаю крайне высокой вероятность того, что она готовила покушение на господина Груба или шпионила в интересах врагов республики.

— Пфф, — орчиха фыркнула, затем рассмеялась, — В этом городишке ничего интересного не происходит месяцами. За кем тут шпионить? Не говоря уже о том, что я работаю у Колша не первый год. Ты правда думаешь, что кто-то отправил меня сюда ещё за годы до появления в Тэнлу твоего хозяина, при том, что никаких причин для его визита не было вплоть до последних недель? Это долбанный бред, тупая ты сука.

— Брежу я или нет разберутся компетентные люди, когда допросят тебя, Колша, и всех остальных потенциальных свидетелей и соучастников.

Тангулиэ с трудом сохраняла спокойствие. Женщина знала, что ей не стоило всё это говорить, это было очень глупо и потенциально опасно. Но лгать обелиску или что-то утаивать, говорить полуправду…

Интуиция подсказывала Тангулиэ что этого лучше не делать. Всё это место, в которое их перенёс артефакт, пугало. А ещё сильнее женщину пугало то, что её господин, Тауэр Груб — мужчина поразительной силы, как силы боевой, так и силы характера — сказал, что им всем надо подчиняться шепчущей. Тангулиэ не до конца верила в произошедшее, для неё было немыслимо чтобы господин Груб согласился играть по чужим правилам. Женщина допускала, что это был не настоящий Тауэр, а всего лишь иллюзия. Что всё это место в принципе могло быть иллюзией, уж больно оно было необычным, невозможным, бросавшим вызов устоявшемуся восприятию мира.